Давайте пофантазируем: мы пробуем смотреть фильм про Александра Невского.
И видим: плывет славный полководец на борту бригантины, а на голове у него какой-то недоделанный гусарский кивер. На поясе - мушкетерская шпага. И без штанов!

И встречает князя на берегу озера Ильмень знатный боярин Гаврила Алексич в треугольной шляпе и тоже без штанов..
А рядом с ним его жена-негритянка.

Бред? Да ничуть!
Просто я поделился своим ощущением, начав смотреть “Одиссея” Кристофера Нолана.

Честно говоря, я ожидал увидеть там расцвет бронзового века, своеобразнейшую культуру микено-ахейской Греции.

А узрел каких-то отморозков в бесформенный черных портках и шлемах, бездарно стилизованных под коринфские и халкидские, появившиеся лишь лет через 600 после осады Трои Агамемноном.

Бороды в фильме - явление редкое. Сплошь и рядом тщательно выбритые лица, что просто нонсенс для того времени.

Блондинка (по Гомеру) Елена, вывезенная Парисом из Спарты, оказалась негритянкой.

А греческого воина Синопа сыграл(а) Эллиот (Эллен) Пейдж, бывшая женщина, ставшая (не ставшая) мужчиной.
И боец там показан этаким миленьким парнишей, которого соплей перешибешь.

И всё это на фоне какого-то мрачного пейзажа в полутьме.
Вместо ярких красок южного моря!

Сын Одиссея Телемах ходит в одежде киношного средневековья, а женихи Пенелопы красуются в черных балахонах из фэнтези.

А путешествуют мореходы на драккаре эпохи викингов. Не сняв почему-то панцири и шлемы, хотя горизонт чист и брать их на абордаж никто не собирается.
Наверно, в тяжелющем бронзовом шлеме не так голову напекает?
А панцирь надет из гуманных целей: если за борт упадешь, то будешь мучиться недолго, пытаясь догнать корабль вплавь?

А добил меня наш дубляж, как обычно.
Где называют правителей тех времен королями и королевами, копируя американских кингов, которым эти анахронизмы традиционно пофиг.
Типа короля Одиссея ждет королева Пенелопа…

Эх, Нолан, Нолан!
При твоем бюджете можно было показать ахейскую Грецию так, чтобы зрители представляли себе картинку того времени.

Но ты всё испохабил, сотворив эту тошниловку.

"Кипит мой разум возмущенный!" И, уверен, далеко не только мой.