Когда голливудский супер герой в дурацком плаще и в трусах, надетых поверх колготок, свергает нехорошую власть, то осчастливленный народ приплясывает, радостно вопя:
"Свобода! Свобода! Свобода!"

Не ведая того, что свобода не более, чем иллюзия, равная по достоверности утверждению "свод небесный - твердь есть!"

"Во-первых, жизнь нам дали не спросясь…"
Омар Хайям в корень зрел.

А еще мы не выбираем ни времени, ни места, ни родителей.

Затем появляются бесконечные запреты: этого не делай, так не говори. Не трогай, не ломай, не грызи.
А еще требования: ешь кашу, просись на горшок, маму слушай.

Потом нас начинают учить тому, чему считают нужным, не спрашивая, хотим ли мы этому учиться.

И после школы для дальнейшего образования мы зависим от финансовых возможностей родителей.

А когда начинаем работать сами, то вынуждены выполнять или распоряжения начальства, или (в случае своего бизнеса) постоянно оглядываться на налоговиков, пожарников и бандитов.

И если какая-то свобода еще случайно остается, то ее достреливает создание семьи.
В ней необходимы компромиссы, уступки, самоограничения…

Жизнь пролетает быстро.
И вот она - старость!
А с ней строгие врачебные требования: того, что смачно - нельзя.
А то, что можно - невкусно.
И не только в кулинарном смысле.

Кстати, любой городской житель находится под колпаком коммунальщиков.
Если нет света, воды и отопления, то наступает коллапс.
И слово "свобода" кажется еще более идиотской небылицей.

Можно, конечно, пытаться выдавать желание за действительное, погружаясь в мистические трансы.
Но религия лишь усугубляет процесс.

Если у атеиста есть уверенность, что всё это недоразумение скоро закончится, то верующий должен согласиться с тем (если, конечно, он честен перед собой), что райского послесмертия ему никак не видать.

И придется коротать вечность в адских застенках, которые, судя по классическим описаниям, ничуть не походят на демократический оазис.
А если там и предусмотрено право выбора, так только между шампуром над жаровней и сковородкой с кипящим маслом, необходимым для хрустящей корочки.

А как насчет свободы воли?
Пить или не пить? Быть или не быть?
Элементарно, Ватсон!
Если возникает дилемма насчет пить-не пить, то ответ предопределен.
И незачем притворяться сомневающимся.

А вот что касается "to be or not to be", то и тут нет никакого выбора.
Ведь "перерезать волосок уж наверно может лишь тот, кто подвесил?"

“Freedom! Freedom! Freedom!”

Да заткнитесь вы! Уши болят…
)