Шесть с половиной столетий. Не лет. Прости.
Восемь парсеков губительного пути.
Восемь парсеков от радостной точки «мы» –
в царство уныния и беспросветной тьмы.
В темень умчал нас тринадцатый звездолёт,
вмиг оборвав судьбоносный, живой полёт.
Трудно вернуться обратно, огни вернуть.
Трудно. Но можно. Вернёмся когда-нибудь?
2026 г.
Доброго января, Ирина.
И Вам доброго окончания зимы!
Улетел, словно Карлсон, не обещая вернуться обратно.
Космос тебя поглотил, минотаврово переваривая.
Нить в золотой клубок не свивается. Только звенит набатно,
Воет навзрыд, словно скво с берегов Онтарио.
Восемь(?) парсеков… Десять! Ошиблась, пардонь.
Намедни ходила к местной врачихе — гурии, —
Она только глянула на ладонь,
Как слёзы из глаз! Вышло, что все мы умерли...
Ну у тебя уж совсем какой-то погребальный плач получился.
Вот Ольга заметила, что надежда есть в строках))
А я смотрел невооружённым взглядом, потому не все надежды в строках разглядел...
Здравствуй, Ирина!
И никакой у меня не погребальный плач. Вот Ахиллеса хоть и застрелили через пятку, а стиш о нём - героика. Вот и у меня героика. Негерои парсеками не перемещаются...
Здравствуйте, Ирина!
Да, возможно. Спасибо за отклик!
Таково ощущение времени. Счастливые, радостные периоды проносятся очень быстро, а тоскливые и грустные растягиваются в столетия...
Спасибо за отклик!
Видно уже не вернутся...
Спасибо за отклик, Таша.
Спасибо, Онега.