Я тосковала, укутавшись в плед:
Сбросил коньки в мертвом сердце поэт.
Лезвия стерлись, стихи позади.
Лишь рифмоплетство могла я плодить.

Время леднилось, и плед мой замерз.
Голос, однако, донесся из грез:
"Скинь его! Платье скорее надень!
Преодолеешь и холод, и лень".

Парень завидный - фигура, лицо...
Волосы смольные, нрав с хитрецой.
Ставить он начал меня на коньки.
Были паденья мои нелегки.

Но не сдавалась. Упорства плоды
Стали заметны: растаяли льды!
В вальсе загадочном вспыхнул огонь.
"Браво! Стихами убила ты хтонь! -

Молвил мне Он. - А теперь мне пора.
Разных людей выбирает хандра.
Но, если что, слушай голос из грез.
Мигом приду. Говорю я всерьез".

Нынче, сияя природным огнем,
Вспомнить могу ненароком о Нем.
Вспомнить, как разум кружился на льду,
Вспомнить горячую фразу: "Приду".