Снег — проклятие города
И его вина.
Ворона черна от голода —
Словно ночь черна.
Сугробы внечеловеческого
Размера. Шагнул — вмёрз
А в фонарях электричество —
Не светом. Жужжанием ос.
И только откуда-то этажа с десятого,
Который выше сугробного плена,
Падают вниз световые атомы,
Постепенно
Пробуждая дворника-лопатовладельца,
Даря надежду вороне чёрной —
Она на дворника больше надеется,
Чем на знакомца-чёрта —
Дворник ругается громче и злее,
Дымит беломориной, словно Везувий,
И от того на душе теплеет
И не клацкают зубы.
Отроет дорожку к бакам мусорным —
Добро пожаловать, мисс ворона! —
А там отыщется вкусное,
Другими пока не тронутое,
И снег — ушедшее прошлое.
Страшное, но забытое.
А сверху сыплет горошинами
Свет, взрослеющий быстро...
Снег — выметенная тропа,
Бога ведающего.
Пока на мир он смотрит,
течет река.
И белым укрывает бе́гом.
Бог в одном занятье слаб -
Он не лепит снежных баб,
Возводя за комом ком.
Бог с зимою не знаком...
Понравилось...
Я в соавторстве с Борей Булатовым тоже на схожую тему пытался сочинять.
Но у меня как-то повеселее получилось с первого взгляда. Но если глубже копнуть, то совсем не уверен...
До весны землетрясения
Ждать еще недели две,
Но одет я по-весеннему,
Если ветер в голове.
Лед Невы вскрывают трещины,
С неба - птичья болтовня...
И кусают локти женщины
Те, что бросили меня.
И зима скулит дворняжкою
В подворотне по ночам,
Дворник, споря с долей тяжкою,
Выпив сотку, заскучал.
А в подъезде и на лавочке,
По окрестным рубежам
Караулят меня дамочки,
От которых я сбежал.
У меня-то он такой, что я сам прочесть не всегда умею...
А стиль у меня - печальки. Они больше всего подходят к моей причёске - во всяком случае, так говорят мои визажисты.
А стихотворение у вас не сказал бы, что повеселее. Сытая ворона не товарищ тем, кого караулят бывшие. Там уже не печалька вырисовывается - драма. И то если удастся убежать ещё раз.
Просто ритм у меня позитивнее. А вот содержание... Черт знает, чего в нем больше. Может, желания себя пожалеть, может, попытки себя обмануть...)
Ритмичные песни почти всегда о любви, а природе, о зрении яровых и озимых.
А со рваным ритмом - хрен разберёшь тему. Выкрики, да чаще всего на иностранном языке. Но забавно же - сразу видно, поёт человек, а не скучает или капусту сеет, к примеру.
Себя жалеть сложно. Погладишь плечо, пробубнишь: "Всё будет хорошо", и тут же внутренний Станиславский просыпается со своим "Не верю!". Ни себя не жалел, ни других...