Средняя школа, в которой я учился, называлась "английской".
А если официально, то "с преподаванием ряда предметов на английском языке".
И была у нас там в старших классах такая дисциплина как литературный перевод.
Помню эпизод из тех стародавних времен: наша "англичанка" Татьяна Павловна (молодая и симпатичная училка с университетским образованием) раздала нам индивидуальные задания.
Это были тексты из английских туристических обзоров, которые надо было перевести на русский. И сделать это вполне литературно.
Честно говоря, такие уроки мне были в тягость.
Я любил физику, астрономию, историю и физкультуру.
А иностранный язык тихо ненавидел. Как, впрочем, и родную литературу, на которой меня насильно обязывали читать нудную классику, где вечно сомневающиеся герои блуждали в душевных потемках, постоянно натыкаясь там на неразрешимые противоречия.
Но сочинения мне давались легко и складно. Достаточно было ознакомиться с сюжетом по учебнику.
Так вот. Английский текст был несложный. И я бы запросто перевел его. Но!
Там присутствовали два слова, заставившие меня беспомощно опустить руки: Publik house.
Контекст был такой: в Англии есть давняя традиция. Мужчины после работы заглядывают в publik house, пока жены готовят ужин.
А в выходные дни англичане заваливаются туда надолго. С друзьями, женами и подругами. И весело проводят время перед трудовой неделей.
Сейчас, конечно, мы умные все.
С Википедией просто быть таковыми. Перевел publik house как паб, пивнушка или забегаловка - и нет проблемы! Делов то...
Но тогда подросток был беззащитен перед буквальным прочтением. Потому что Википедия существовала лишь в раскованном воображении писателей-фантастов. А Холмс у Конан-Дойля пивными посиделками как-то не увлекался.
Можно было, конечно, посоветоваться с учительницей. Но тема была слишком пикантной и вызвала бы хохот и подначки у однокашников.
Впрочем, я вышел из филологической западни. Добавив лишь одно слово к переводимому абзацу. И он обрел такой вот русскоязычный вид:
в БУРЖУАЗНОЙ Англии есть давняя традиция: мужчины после работы заглядывают в публичный дом, пока жены готовят ужин... И далее по тексту.
На следующий день Татьяна Павловна вернула нам наши работы. С оценками и комментариями.
Под моим произведением красовалась следующая резолюция:
За литературный перевод - 2
За политическую сатиру - 5
Усредненная оценка - 3,5
Но, округляя по Гауссу, окончательный результат - 4
........................................
Эх, не было тогда смайликов! Иначе непременно бы увидел
после такой блестящей иронии!
В те времена мы себе не могли вообразить, что наступит время, до которого мы доживем, где можно будет не прятать написанное нами в стол, а выставлять на обзор всему миру!)
Если, конечно, мир захочет ознакомиться с нашими опусами.
И вообще... Нам повезло пожить в двух реальностях: той и этой.
А те, которые помоложе, те будут свидетелями технологической сингулярности, где чудеса превзойдут самое раскованное воображение!
Если, конечно, мы не прикончим друг друга в нашем безбашенном настоящем...)
У меня из школьной поры осталось воспоминание, как мы писали какое-то сочинение, и я дословно изобразила следующее: «И сыплется зерно за корма нашей Родины». Получила за него четыре, фраза была подчеркнута, и над ней стояло: «Это куда же?».
Мол, мимо наших закромов?!)
Но все же... Советское образование не сработало в лихие девяностые, когда бывшие ученики кинулись читать гороскопы и стоять в длиннющих очередях, чтобы облобызать мокрое стекло, под которым лежали предметы, якобы связанные с мифическими персонажами!)
Но я убежден в том, что тогдашнее образование было продуманным и эффективным. А минусы отсутствуют лишь там, где нет никаких плюсов...)