Камин

О, это крайне важный, я бы даже сказал, незаменимый предмет в комнате сказочника! Дело в том, что камин служит прибежищем огненным саламандрам. Без него они каменеют, превращаясь в необычные статуэтки. За предоставленный кров саламандры расплачиваются чудесными историями, которые они нашёптывают едва слышно из глубины волшебного пламени очага. А сказочник любит подремать долгими зимними ночами в своём любимом уютном кресле у камина, впитывая в сонной полудрёме их удивительные рассказы...
— Не рассказывай о нас!
— Тсс, умолкаю. Лучше я расскажу вам другую сказку про себя.
— Не надо про себя, лучше вслух и не только нам.
— О, извините меня, не так выразился. И так не так, а иначе я начинаю новую сказку не про себя, а о себе:

Снова совам ничего

— Вас во сне снова посещали совы, уважаемый Лис?
— Увы, вы правы, совы во сне просто несносны. Стонешь, ворочаешься, а они снова и снова хлопают своими крыльями!
— Скажу вам по секрету, уважаемый Лис, что я тоже хлопаю исключительно своими крыльями. Чужими у меня, увы, не получается.
— В таком случае, Пеночка, этой ночью я тоже открою вам один домашний секрет моей кухни.
— Так уже же ночь.
— Так мне же необходимо некоторое время, чтобы открыть ЖЖ, а в нём много воды. Пока разгребёшь…
— Ничего страшного, у меня вагон времени.
— Вагон говорите? А неприятностей с РЖД не боитесь, Пеночка?
— Я фигурально.
— В смысле, вы фигуристая, но фигурным катанием всё равно занимаетесь?
— Фиг с ним, раз не поняли.
— Вот те раз, хотели сказать «съем», а вышло «с ним». Кстати, а фига-то с маслом? А то я пощусь.
— Вы хотели открыть секрет.
— Да-да, уже нашёл нужное место. Вот:
— Когда вы повторяете постоянно, снова и снова, и снова «снова»…
— Вы повторяетесь.
— Не перебивайте.
— Извините.
— Ничего.
— И чего дальше?
— А дальше, чем дольше повторяешь «снова», то можно потерять какую-нибудь букву.
— Какую какую-нибудь – это какую?
— Я же сказал: «какую-нибудь». К примеру, была «Н» и вдруг – ничего.
— Ничего себе! И как же вы живёте без «Н»?
— Да ничего. Помаленьку. Вот только совы мешают спать.
— Ну, ничего. Вы справитесь. Да. А совы-то откуда?
— Я снова вам повторяю, повторяешь «снова», теряется буква, появляются совы. Понятно?
— Ничего непонятно.
— Совсем ничего?
— Так, ничего так. Кое-что.
— М-да, ничего-то вы, Пеночка, ночью не соображаете, идите спать, а утром снова объясню, вы же – жаворонок.
— Я – пеночка.
— Ничего страшного, мужайтесь. Ничего, если я вам кольцо Бисмарка подарю?
— Вас не смущает, что снова с «ничего»?
— Так там не по-русски «ничего» написано.
— Тогда ничего. Наверно.
— Что-нибудь совам передать?
— Ничего. Спокойной ночи.
— Кому как, а кому мука. Отдыхайте. Только кота остерегайтесь, он у меня только с виду никакой, а так ничего себе – себе на уме.
— Учту.