Литгалактика Литгалактика
Вход / Регистрация
л
е
в
а
я

к
о
л
о
н
к
а
 
  Центр управления полётами
Проза
[ свернуть / развернуть всё ]
Наваждение   (Александр_Сороковик)  
Электричка привычно постукивала колёсами по стыкам рельсов, поскрипывала сочленениями, посвистывала, сигналя кому-то впереди. Лёша по обыкновению смотрел в окно, вполуха слушая неспешную речь пассажира, сидящего рядом – плохо выбритого, не совсем трезвого мужичка лет сорока, потягивающего пиво из бутылки.
“Станция Белое Озеро. Следующая остановка – станция Иванишино!” – прохрипел динамик.
– И так каждый раз, – на этот раз Лёша услышал своего собеседника, – десять лет тут езжу, не так, чтоб прям каждый день, но почти. И всякий раз одно и то же – Белое Озеро, а потом Иванишино. И все отмораживаются, что никакого Караваево между ними нет! – мужик громко икнул, и шумно отхлебнул из бутылки почти треть содержимого.
– А что оно, есть это Караваево? – Лёша всё же решил ответить невольному собеседнику, – Мёртвая, заброшенная станция, никто там не живёт, всё в упадке, людей нет.
– И почему тогда оно заброшено, а? – не унимался мужик. – Рядом сёла, как сёла, живые, обитаемые, нормальные! И вообще: я лично десять лет смотрю – станционное здание заброшено, да, но бурьяном всё вокруг не заросло, тропинки хоть и узкие, но опять же не заросшие. Даже табличка с названием Караваево только в углах и поржавела, а должна была к чертям собачьим сгнить! Выходит, кто-то за этим хозяйством смотрит?
– Действительно… – Лёша посмотрел на собеседника с интересом,
– Впрочем, я тут недавно езжу, как-то не обращал внимания…
– А ты обрати, парень. Преинтересная история тут получается: стоит какая-то станция, поезда на ней не останавливаются, автомобили не ездят, да и дороги, как таковой нет. И людей вроде там нет, но иногда в этом самом Караваево могут такие встречи произойти! Просто чудо, какие встречи! Ты попытайся, может, и получится. – Лёша удивлённо смотрел на своего собеседника, поражаясь произошедшей с ним перемене: правильная речь, ясный взгляд, …
– Что там у меня получится…
– Походить вокруг, поискать, должна же быть туда дорога, в это Караваево! Почему там такое?
Мужик махнул рукой, достал из рюкзака новую бутылку пива, открыл зубами и присосался к горлышку, опять превратившись в раздолбая-выпивоху. А Лёшка снова погрузился в свои невесёлые думы. “Поискать”! Он кроме работы только и занимается поисками. Это не копеечная работа на промрынке, он теперь трудится на строительстве небольшого комбината в области, пашет, не жалея сил, на хорошем счету, не пьёт вообще. Эта работа очень важна для него, это его путь к нормальной жизни. А после работы он ищет не какую-то мифическую станцию или поселение, а своих любимых людей, след которых потерялся в том страшном пожаре…
А мимо окон уже проплывала станция Караваево – потресканный асфальтовый перрон, обветшавшие таблички с названием платформы, запущенное здание вокзала. Он никогда раньше не был на этой станции, но в этот раз почему-то вся эта обстановка показалась ему до жути знакомой, даже почудилось, что вдали, на узкой тропинке мелькнула фигурка молодой женщины, а рядом – другая, напоминающая маленькую девочку. Он хотел рвануть к стоп-крану, сорвать его, выскочить из электрички, но, вглядевшись в фигуры, ясно увидел обычные кусты и ветки. Тяжело опустился на сиденье и закрыл уставшие глаза, вспоминая недавние события…

***
«Ну почему всё так плохо, скверно и нелепо! И никакого просвета впереди, ни даже намёка на просвет! Так радостно встречали перемены, ждали светлого будущего, богатого капитализма, и вот настали эти долгожданные 90-е. Да только не такие, какими их ждали.»
Лёшка вяло смотрел на пустую «улицу» торгового ряда, между контейнерами с вывешенным и выставленным товаром, который должен был завлекать редких покупателей. Сейчас не было вообще никого. Холодно, грязно, у людей денег нет, место «не прибитое» – в самом конце новой части рынка, куда вообще редко кто забредал.
Хозяину всё равно, есть торговля или нет: он скупил места в новой части по дешёвке, в расчёте на то, что через год рынок расширится, здесь будет почти центр, места станут дорогими, и он будет сдавать их в аренду – с выгодой, дорого. А пока, чтоб не простаивали, сажает в контейнер таких реализаторов-неудачников, как Лёшка, собирает у них мелкую выручку – с паршивой овцы хоть шерсти клок.
На «прибитых», доходных местах стоя́т родственники и знакомые хозяина. Там выручка большая, зарплата тоже, можно жить. А здесь – копейки. И за эти копейки он, инженер-экономист с дипломом, должен стоять на жаре или морозе и торговать игрушками – жуткими китайскими монстрами: синими собаками, жёлтыми с розовым медведями, какими-то драконами.
Только одна игрушка вызывает симпатию: огромный пушистый кот, нормально рыжий, в полоску, с хвостом, украшенным белой кисточкой. Он сто́ит очень дорого и поэтому до сих пор не продан. Мордочка у него хитроватая, но добрая, он ждёт своих новых хозяев, однако никто не может себе позволить такую покупку.
Однажды на рынок к его контейнеру подошёл бывший одноклассник Юра – хорошо “упакованный”, небедный. Немного брезгливо оглядел прежнего товарища – грязноватого, плохо выбритого, суетящегося перед редкими покупателями. Лёша вдруг решился и спросил у него, может, есть какая-нибудь нормальная работа?
– Не, старик, с работой сейчас капец полный, сам еле выживаю! – с псевдосочувственной улыбкой хмыкнул товарищ из прошлого, купил у него какую-то синюю обезьяну, вроде как милостыню подал, и важно удалился.
Не нужен никому спивающийся помаленьку полубомж Лёха. И нет у него ни друзей, ни любимой девушки, ни перспектив, ни сил выскочить из этого замкнутого круга. Да и зачем куда-то выскакивать? День прошёл, ну и хрен с ним. Никто не убил его на мрачной окраинной улице по дороге домой, он сыт, пьян, есть хоть и хреновая крыша над головой, а завтра можно будет целый день валяться на диване, пить пиво и тупо отсыпаться в ожидании новой рабочей недели…
***
– Мам, а мам! А что ты мне на день варенья подаришь? – маленькая Наташка крутилась возле Тани, заглядывала в глаза. При всей своей любви к дочери, мама Таня не знала, что ей ответить. Денег не хватало катастрофически. Мизерную, потерявшую ценность зарплату, ко всему прочему ещё и безбожно задерживали, выплачивали крохами.
Надо накрыть какой-нибудь стол, хотя бы символический – пюре, котлетки, что-нибудь сладкое. А ещё подарок. Наташка очень хочет большую игрушку – они только стали появляться в продаже: собаку или кошку. Но такие игрушки стоят столько, что даже мечтать о них нечего. Таня тяжело вздохнула, вспомнив, как несколько дней назад они ходили на рынок, и там, в контейнере увидели такого вот кота – огромного, рыжего, симпатичного. И за прилавком стоял тоже весьма симпатичный парень, сильно потёртый жизнью, но с очень добрым, немного потерянным взглядом.
Или нет, раньше там была какая-то тётка со злыми глазами, и на Танин робкий вопрос о цене сердито озвучила такую сумму, что у неё чуть не выступили слёзы – столько денег у них не соберётся никогда! Да, но откуда же тогда взялся этот парень? Странное какое-то ощущение, дни, словно череда бусин, похожи друг на друга – не отличишь, события словно повторяются, и не сразу сообразишь, что было вчера, а что неделю назад. Время стало липким, тягучим, унылым – вроде и происходят события, а жизнь перестала двигаться, застыла, словно вода в болоте…
***
Эта молодая женщина с девочкой уже приходили к его контейнеру несколько дней назад. Они хотели что-нибудь купить малышке на день рождения, но даже нелепые китайские игрушки у него были слишком дорогими для них. До чего же сволочная жизнь! Маленькая девчонка не может получить подарок на день рождения несмотря на все старания её чудесной мамы!
… Он ещё только раздумывал, а руки сами взяли пушистую игрушку, аккуратно сняли прозрачный пластик. Лёша, совершенно не думая о том, как он будет рассчитываться с хозяином, поднял рыжего кота и вложил в руки малышке.
– На, держи! Это тебе от меня подарок ко дню рождения!
– Ой, что вы… Разве можно… Нет-нет, это же дорого, зачем… – девушка растерянно смотрела на него своими ясными, синими глазами. А малышка полностью утонула лицом в рыжей шёрстке, и только сияющие глазёнки выдавали её восторг.
Лёша присел рядом с девочкой, слегка притянул её к себе и начал тихонько говорить, словно рассказывая сказку:
– Жил-был рыжий Кот. Я не знаю, как его звали, но он потерялся и никак не мог отыскать своих хозяев. Он бродил по холодным улицам, жалобно мяукал. Его подобрали, почистили, посадили в мешок и понесли на рынок, продавать. Но никто не покупал Кота, да и он не хотел, чтоб его продавали. Ему хотелось, чтобы его просто нашли и взяли домой. И вот однажды одна маленькая, хорошая девочка со своей мамой – я тоже не знаю, как их зовут – встретила своего Кота на рынке и забрала к себе. У неё в тот день был день рождения, и Кот стал самым главным подарком!
– А я знаю, как их всех зовут! – малышка засмеялась, по-прежнему прижимая игрушку к себе. – Девочку зовут Наташа, маму – Таня, а кота так и зовут: Кот!
– А меня зовут дядя Лёша (И я тоже потерялся – хотел добавить он).
– Вы, наверное, добрый волшебник? – Таня улыбалась, но смотрела внимательно и серьёзно. (Мы же с тобой виделись совсем недавно, вчера или позавчера, но я так и не смогла к тебе подойти. А что было потом? Что-то страшное, или мне это показалось… Может, сегодня мы все нашлись?)
– Да нет, я это случайно… (Да! Да! Нашлись! Мы с тобой нашлись, и с Наташкой тоже!)
– Спасибо вам огромное, Алёша! Ну, мы теперь пойдём… (Но мы же не можем вот так взять и уйти! Мы же опять потеряемся!)
– Да, вам пора, наверное, надо приготовить, стол накрыть… (Нет, не уходите!)
– Да нет, какой там стол… У нас и гостей не будет…
– Как это не будет? – Наташка решительно встала между ними – Дядя Лёша, мы с мамой приглашаем вас на мой день рождения, правда, мама?
– Ой, правда, Алёша, приходите! – Таня немного смутилась своего порыва, но не отступила, – Мы с Наташей будем рады. Вы нам такой чудный подарок сделали! У нас, правда, ещё никакого угощения нет, но мы что-нибудь придумаем! (Спасибо тебе, доченька!)
– Приду. Обязательно приду! (Я тебя нашёл! Теперь мы никогда не потеряемся!)
– Я вам сейчас адрес напишу. Телефона у нас нет, вы просто приходите вечером, ладно?
… Клочок бумаги, тонкие пальчики сжимают дешёвую ручку: Промышленная, 5, квартира 8. (Господи, это же глухая промзона, там днём ходить страшно, не то, что вечером… Как же они там живут?)
***
Вечером Алексей пробирался по каким-то заброшенным, засыпанным мусором улицам бывшей рабочей окраины, пришедшей в полный упадок. Светлые летние сумерки позволяли разглядеть дорогу без помощи напрочь отсутствующих фонарей. Очень редкие окна светились тусклыми, еле живыми огоньками, и было непонятно: там не зажигают свет из-за раннего времени, или просто никто в этих пустых квартирах уже не живёт…
Вот и дом номер пять – мрачный, почерневший, двухэтажный, больше напоминающий барак. Слабым светом мигает огонёк в окне первого этажа, чуть более ровный свет – на втором. Квартира восемь, скорее всего там. Он поднялся по шаткой, скрипучей деревянной лестнице – пришлось подсвечивать путь брелоком с крошечным сувенирным фонариком. Лестничная площадка, слева на дверях мелом нарисована семёрка, справа надколотая, с трещинами табличка – восемь.
Поискал звонок, не нашёл, просто постучал.
– Кто там? – голос девичий, приятный, но при этом настороженный, недоверчивый.
– Это я, Алексей!
– Алёшенька, вы пришли, мы так рады, проходите скорее! – Таня просто сияла, но глаза у неё оставались тревожными. Наташка с разбега прыгнула на него, одной рукой ухватив за шею, а из другой не выпуская Кота.
– Мяу! Добрый волшебник дядя Лёша пришёл! – девочка отпустила парня и закружилась рядом. Он расцеловал малышку и вручил ей пакетик с купленными по дороге “Марсами” и “Сникерсами”.
– Это тебе вместо цветов, – улыбнулся он, – дополнение к основному подарку!
– Ой, Алёша! – Таня смотрела на него, как на Деда Мороза.
– С именинницей тебя! – он вдруг притянул к себе девушку и поцеловал в щёку. – Ничего, что на “ты”, не хочу тебе выкать…
– И не выкай, – тихо сказала она. А Наташка опять закружилась вокруг них.
– А я вовсе не именинница сегодня, ага!
– Как это? – удивился Алексей.
– А так! У меня день рождения, значит я – новорожденная! А именины – это совсем другое!
– Болтушка ты моя! – ласково улыбнулась Таня, потом повернулась к Лёше. – Пойдём к столу, только уж извини, у нас с угощением негусто…
Действительно, стол был небогат: простой салатик из огурцов и помидор, тонко нарезанный недорогой сыр, картофельное пюре с котлетами, бутылка дешёвого сухого вина. Посередине стола – вазочка с шоколадками, которые принёс Алексей.
– Это – на десерт, после еды! – с ласковой строгостью сказала Таня, глядя на дочь
– У-у-у, – скривилась Наташка, – у меня сегодня день рожденья, или где?
– Конечно, доченька, но это ещё не повод нарушать порядок и портить желудок!
Малышка бросила взгляд на “волшебника дядю Лёшу”, но он только развёл руками.
– Я бы тоже не отказался сейчас от шоколадки, но надо слушаться маму! Наверняка, она приготовила очень вкусные котлетки, которые мы сначала попробуем!
– Ладно, уговорили, – вздохнула девочка, – давайте сюда ваши котлеты, но не надейтесь, что у меня потом не останется места в животе для шоколадных вкусностей!
Таня усадила Алексея на диван возле стола, туда же забралась Наташка с Котом, а сама она пристроилась на стуле напротив. Несмотря на убогую обстановку и небогатый стол, было очень уютно, и ему совсем не хотелось уходить. Наташка болтала без умолку, теребила Алексея, рассказывала о каких-то своих делах, требовала ответов. При этом её болтовня совсем не раздражала, он с удовольствием вёл с девочкой нехитрую беседу. Таня в их разговорах не участвовала, но они с Лёшей обменивались взглядами – иногда быстрыми, недолгими, иногда – внимательными, продолжительными, им вполне достаточно было такого общения.
Понемногу малышка начала уставать, её глазки слипались, она мужественно боролась со сном, но вскоре приткнулась головкой в загривок Кота и сладко засопела.
– Я сейчас уложу её в кроватку, у неё там есть закуточек такой, и потом приду сюда, посидим ещё немного…
Она легко подняла дочку на руки, при этом та не выпускала из рук любимую игрушку.
– Тебе помочь? – спросил он.
– Спасибо, Алёшенька, мы сами!
Вскоре Таня вышла из-за занавески в углу комнаты, мягко улыбнулась.
– Умоталась, бедная! Теперь будет спать до утра, пушкой не разбудишь.
Она присела к нему на диван, совсем рядышком, а он очень легко и естественно обнял её, притянул к себе. Какое-то время они сидели неподвижно, не говоря ни слова, крепко обнявшись и прижавшись друг к другу. Они ничего не говорили вслух, слова были лишними, они звучали где-то внутри, но каждый слышал их сердцем…
“Таня, Танюша, я наконец-то тебя нашёл! Теперь никуда вас с Наташкой не отпущу, мы переедем ко мне, у меня комната в коммуне – в ней тесно, неуютно, но всё же лучше, чем в этой жуткой промзоне”
“С тобой нам везде будет тепло и уютно!”
“Мы нашлись, родная моя, Танюшка…”
“Да, Алёшенька, нашлись и теперь не расстанемся!”
Мир вокруг них перестал существовать, они сейчас остались только вдвоём, и даже маленькая Наташка была чуть-чуть в стороне, тихо посапывая во сне за своей занавеской и обнимая рыжего Кота, пока они любили друг друга, нежно и трепетно…
***
Лёша медленно приходил в сознание. Во всём теле ощущалась сильная боль и, несмотря на то что глаза ещё оставались закрытыми, он уже понял, что находится в другом месте.
Открыв глаза, он тут же зажмурился. Его встретил довольно яркий дневной свет, который почему-то отдавал холодом. Ещё раз аккуратно приподняв веки, он понял причину. Над ним нависал высокий потолок, когда-то выкрашенный в белый цвет, но давно покрытый жёлтыми пятнами с островками облезшей краски.
– Алексей, вы проснулись? – Отвлёк его мужской голос.
Повернув голову, он увидел мужчину лет тридцати в милицейской форме и накинутом на плечи белом халате. Оглядевшись, Лёша понял что находится в больничной палате.
– А? – Переспросил он скорее для того, чтобы потянуть время, чем из-за того, что не понял вопрос.
– Неважно, – ответил милиционер, после чего махнул перед Лёшиными глазами удостоверением, – Следователь Октябрьского РОВД лейтенант Кузьменко, а вы Зеркалов Алексей Григорьевич, так?
– Да, так. Что произошло, почему я в больнице?
– Хороший вопрос, Алексей, – кивнул следователь, – давайте я вам немного напомню ситуацию, чтобы мы не тратили время, а затем попрошу вас ответить на некоторые мои вопросы. Что скажете?
– Давайте, – Лёша всё ещё не понимал, что происходит и зацепился за фразу “напомню ситуацию”.
– Вас нашли в заброшенном здании со следами ожогов на теле. В бессознательном состоянии вас доставили сюда, в больницу, персонал которой и вызвал нас. Так что скажете, Алексей, что с вами приключилось?
– Погодите, я был один? А Таня… в смысле девушка с ребёнком, с девочкой пяти лет?
Следователь спокойно достал блокнот и сделал какие-то пометки.
– Вас нашли одного, верно. Расскажите о Тане и её дочке.
И Лёша принялся рассказывать всю историю, начиная с того, как Таня с Наташей пришли к его контейнеру и заканчивая тем, как он заснул там, в её квартире. Лейтенант слушал, периодически задавал уточняющие вопросы, делал пометки. Ближе к концу рассказа он почему-то начал морщиться и вздыхать. А вопросы становились как будто формальными.
– Так на какой адрес вы поехали, говорите?
– Промышленная, 5, квартира 8.
– Вы принимали какие-либо наркотические вещества в последнюю неделю? – внезапно спросил следователь.
– Что? – опешил Лёша. – Это к чему вообще сейчас?
– Отвечайте на вопрос, – в голосе лейтенанта зазвучал металл.
– Нет, причём здесь…
– Алкоголь?
– А?
– Алкоголь принимали, я спрашиваю?
– Да, но немного…
– Сколько?
– Вечерами пару стопок, вчера у Тани бокал вина… да причём здесь это? Что происходит вообще? – Не выдержал, наконец, парень.
– А происходит то, Алексей, что вы мне рассказываете нелепую историю. Заброшенное строение, в котором вас нашли, располагается как раз по адресу Промышленная, 5. Только этот дом сгорел ещё три года назад. А вас нашли вчера.
Лёша внимательно посмотрел на милиционера, после чего нервно усмехнулся.
– Вы сейчас разыгрываете меня, да?
– Я похож на шутника? – серьёзно спросил следователь.
– Нет, – тихо ответил парень.
– Тогда вот что, – Кузьменко достал лист бумаги и ручку, – пишите здесь всё как есть. Как вчера выпили лишнего, как решили прогуляться, встретили каких-то алкашей, и так далее. Внизу дата и подпись.
Лёша понял, что происходит: менту надо закрыть дело. Ему вообще неважно что произошло, для него это очередной висяк, который срочно нужно устранить. Помощи отсюда ему всё равно уже не дождаться, поэтому он подписал всё и получив напоследок от следователя пожелание выздоравливать, провалился в беспокойный сон.
***
Выйдя из больницы, Лёша первым делом, не заезжая домой, помчался к Тане на Промышленную, 5. При дневном свете всё выглядело почти также, только вот вместо обшарпанного, но всё же жилого двухэтажного дома, там располагался давно сгоревший остов. Обойдя его со всех сторон и заглянув вовнутрь, Лёша окончательно перестал понимать, что происходит. Это был тот самый дом, в который он приезжал к Тане с Наташей, но действительно сгоревший несколько лет назад. Руины были грязными, поросшими травой и кое-где уже начали пробиваться молодые деревца. Побродив по округе, парень ещё больше запутался и, не найдя ответов, засобирался домой, дав себе твёрдое обещание разобраться в происходящем.

Никогда ещё его комната не вызывала у него столько отвращения. Грязный пол, который он и не помнил, когда нормально мыл; плохо застеленный диван, пустые бутылки из-под пива, грязная посуда на столе. И сюда он собирался привести девочек? Как в эту помойку вообще можно кого-то привести? Несмотря на усталость, Лёша взял веник, вымел всю грязь, после чего набрал в ведро воды и как следует вымыл полы. Затем собрал весь мусор, помыл посуду, протёр поверхности, навёл порядок. Заварив чай, он сел за стол и стал думать.
Как он вообще докатился до такой жизни? Да, ему не повезло. Из-за аферистов остался без квартиры, оставленной родителями. Образование не пригодилось в изменившемся мире. Но почему он смирился? Завтра ему на работу, но разве торговля игрушками в контейнере на отшибе поможет ему? Встреча с Таней и её дочкой словно пробудили его ото сна. Во всей этой истории ещё предстояло разобраться, но что если бы они не исчезли? Куда он привёл бы их? Что он смог бы им дать?
“Я бы тогда нашёл работу получше, взялся за ум”, – подумал он.
“А сейчас что тебе мешает?” – ответил ему внутренний голос.
– Я сам и мешаю! – зло сказал он вслух.
Стоп! А что там говорил этот мент? Дом сгорел три года назад, как же так? Надо серьёзно разобраться со всем этим, ведь не будет же этот служивый искать девочек, как он говорил! А для начала, прежде чем искать девочек, надо найти себя. Полупьяный, опустившийся, нищий – что он может отыскать?
В старом блокноте, который Лёшка нашёл в дебрях своей комнаты, обнаружилось немало телефонов его прежних друзей-приятелей. Он “оседлал” коммунальный телефон и принялся методично обзванивать тех, кто мог бы ему помочь. Многие телефоны не отвечали, также много народу сменили номера, место жительства и прочие данные. Отвечали чужие: “Нет, Валера давно тут не живёт, уехал. Куда? Да Бог его знает, он данных не оставил”. Кто-то сухо отвечал, как когда-то Юра – работы нет и не предвидится. Более-менее предметный разговор получился с Игорем Корольковым. Правда, вначале, когда Лёшка заговорил о работе, Игорь привычно сослался на то, что работы нет, извини, старик. Ещё неделю назад Лёша бы вздохнул, извинился и закруглил разговор, но сейчас отступать было некуда. Он просто требовал помочь ему, говорил, что всё понимает, на должность замдиректора не претендует, готов на любую работу, чтоб только платили зарплату.
– А ты как насчёт бухла? – прямо спросил Игорь.
– В полной завязке, не пью вообще!
– Ладно! – решился наконец бывший одноклассник. – Если готов вкалывать простым строителем, то можно попробовать. Но учти, требования жёсткие: не пить, не прогуливать, не сачковать. Если что – прости, выгоню на кислород. Зарплату олигарха не обещаю, но на жизнь тебе хватит. В понедельник подходи к восьми утра на вокзал к пригородным платформам, туда на электричке надо ехать, я тебя встречу. Возьми рабочую одежду, питьевую воду и еду на день, там пока с сервисом проблемы. Опоздаешь – всё, больше шансов не даю. Извини, бизнес есть бизнес.
***
С того дня миновало полгода. Алексей ехал домой со своего объекта в Соснограде, выговорив к воскресному выходному три дня отгулов, которые хотел полностью посвятить поискам Тани и Наташи. К этому времени он уже был старшим мастером на Сосноградском участке. Взялся за работу рьяно, не просто отрабатывал поставленные задачи, но проявлял ответственность, инициативу, не халтурил. Игорь, который был здесь главным, однажды побеседовал с ним неформально – он был очень им доволен, спросил, может, нужно чего?
Лёшка на удивление начальника попросил не денег или других благ, а помощи, чтобы проникнуть в некоторые архивы, где могли бы содержаться сведения о катастрофах и пожарах того периода. И в конце концов он нашёл следы этой истории – как произошёл пожар в старом доме на Промышленной, 5, который устроил наркоман с первого этажа, как дом выгорел дотла, а в обгорелых руинах нашли тело того самого наркомана. Что двое жильцов успели выскочить из пылающего здания и спастись, а вот обитателей квартиры номер восемь на втором этаже, молодую женщину Татьяну Горину и её маленькую дочь Наташу нигде не нашли. Они не выбежали вместе с теми жильцами, остались в горящем доме (соседи видели их через окна). Но, разбирая обгорелые развалины, их тел также не обнаружили.
Вдруг Лёша заметил, что электричка замедляет ход, приближаясь к заброшенной станции. “Остановка по требованию – платформа Караваево”, прохрипел динамик. Состав замер на старой, неживой платформе. Той самой, где ему почудились в тот раз знакомые силуэты. Повинуясь внутреннему импульсу, Лёша вскочил с места, в два прыжка достиг тамбура и спрыгнул на перрон. Вокруг больше никого и непонятно по чьему требованию электричка остановилась. А впрочем, какая разница? Пригородный поезд уехал, открылась полузаросшая тропинка, убегающая от перрона вглубь станции. Лёша поправил свой рюкзак на плече, и решительно направился туда, куда она вела…
Почему-то Алексей понимал, что вот сейчас все его сомнения разрешатся, он получит ответы на вопросы, вот только неясно было, устроят ли его эти ответы.
Тропинка свернула вправо, лес стал гуще, и вдруг Лёша увидел дом: старый, деревянный, почерневший от времени, однако без всяких следов огня на стенах и крыше. Это был тот самый дом с улицы Промышленная, 5, в который он приходил через три года, как он сгорел, был в квартире. сидел за скромным столом, любил свою Таню, которая тогда тоже должна была погибнуть… Он приблизился к входной двери подъезда, решительно зашёл. Однако внутри не было ни этажей, ни лестниц, а просто стоял круглый резной стол и два кресла по бокам.
В одном из них располагался его давешний попутчик, который был то интеллигентом-эстетом, то выпивохой. Он указал парню на второе кресло и спокойно сказал:
– Садись, Лёша, поговорим.
Алексей не стал ходить вокруг да около, а прямо спросил:
– Таня и Наташа здесь?
– Здесь, – ответил тот.
– Я могу с ними увидеться?
– Пока нет. Всё будет зависеть от итога нашего разговора.
– Где я сейчас нахожусь, и где они? Что такое “здесь”?
– Это очень сложный вопрос, Алексей, я не смогу однозначно на него ответить. Эта станция находится между мирами. Между тем, в котором живёшь ты и тем, куда ты уйдёшь после смерти.
– Значит, они умерли? – Лёша весь подался вперёд.
– Они должны были умереть ещё тогда, три года назад, в том пожаре. Но вместо этого оказались здесь. Они ничего не осознают, для них всё время продолжается тот самый день, однако они не помнят, что происходило. В конце концов они бы окончательно ушли в мир мёртвых. Но тут вмешался ты! Точнее, вы оба со своей любовью. Или даже трое. Почему-то она, эта любовь, продолжает держать их между мирами – их не могут выпихнуть туда, но и вернуть в реальный мир тоже не могут.
– Почему не могут? – тихо спросил Лёша.
– Потому что раньше у них никого не было в этом мире, а за них нужно нести очень серьёзную ответственность! И ты не был к этому готов тогда.
– А сейчас? – Парень внутренне напрягся.
– Это ты мне скажи, – улыбнулся бывший попутчик.
– Я готов! – твёрдо сказал Лёша.
– Ты уверен в этом?
– Да, уверен! – он и сам чувствовал, что теперь абсолютно точно уверен в своих силах.

***
В вагоне электрички следующей в Сосноград, в одном из отсеков, образованных диванами, расположенными лицом друг к другу, устроилась очень симпатичная семья: папа лет тридцати, мама немного помладше, и их сын – карапуз не больше двух лет. На противоположном сиденье у окошка с независимым видом уселась очаровательная барышня-младшеклассница. Сразу было заметно, что связывают их не просто семейные узы, но и взаимная крепкая любовь. Они постоянно обменивались ласковыми взглядами, прикосновениями, репликами. Карапуз сладко дремал на руках у мамы, а она прислонилась к мужу, словно заряжаясь от него силой. Рядом на сиденье восседал шерстяной игрушечный рыжий кот – сразу видно, что не новый, много раз стиранный, но явно тоже любимый.
– Разрешите? – раздался над ними вежливый голос. – Вагон заполняется, полностью свободных сидений не осталось, если позволите, я пристроюсь рядышком.
– Да-да, конечно, – радушно улыбнулся глава семьи, предварительно переглянувшись с женой, – присаживайтесь!
Попутчик вежливо поблагодарил и аккуратно присел на сиденье рядом с девочкой. Высокий, худощавый мужчина неопределённого возраста, как говорится, от тридцати до пятидесяти, гладко выбритый, одетый в старомодный, но чистый, аккуратный серый плащ, багажа у него не было.
“Станция Белое Озеро. Следующая остановка – станция Иванишино!” – пробормотал динамик.
– Ну вот, – покачал головой попутчик, – как всегда, будто нет никакой платформы Караваево!
– А вы считаете, что она и вправду есть? – немного напряжённо спросил глава молодой семьи.
– Алёша! – очень тихо сказала его жена, поглаживая руку мужа.
– Кто знает, есть ли эта станция на самом деле. Поезд всегда проезжает её не останавливаясь и не замедляя хода, и все делают вид, что ничего необычного в этом нет. Говорят, когда-то это была самая обычная станция, электричка останавливалась на ней по расписанию, пассажиры входили и выходили. Потом их становилось всё меньше, и в конце концов руководство железной дороги отменило остановки на платформе Караваево. Она так и стоит заброшенная, но почему-то не приходит в полный упадок. Вы знаете, мне иногда кажется, что все эти станции, вся эта железная дорога напоминает нашу жизнь. Мы едем в заданном кем-то направлении, выходим на каких-то станциях, потом опять заходим в электричку и едем куда-то, в том же направлении, или обратно. А в Караваево выйти нельзя. И войти тоже – там поезда обычным порядком не останавливаются, а если вдруг состав остановится и откроет двери, можно выйти и оказаться совсем в другом месте, другом времени, другой реальности. Никто не знает, что там может произойти. И обычному человеку лучше избегать этой станции, ведь там может произойти всё – как хорошее, так и плохое! Но плохое происходит на порядок чаще. Впрочем, простите, заболтался, мне нужно готовиться к выходу. Всего хорошего вам, счастливого пути! – Он резко поднялся и направился к тамбуру.
– Алёшенька, кто это был? – прошептала женщина. – Я боюсь!
– Танюша, милая, ничего не бойся, мы никогда больше не сойдём с электрички на заброшенной станции Караваево, тем более что нам ясно дали понять, что этого делать нельзя! Мы с тобой, Наташкой и Артёмкой на этой линии, и никогда никуда сходить не собираемся!
Динамик прохрипел: “Платформа Караваево – остановка по требованию”. Электричка замедлила ход, и остановилась на заброшенной станции. Из вагона вышел долговязый мужчина в старомодном сером плаще, и неспешно направился к зданию вокзала – запущенному, потрескавшемуся, неживому.
Зашипели закрывающиеся пневматические двери, электричка сердито свистнула и помчалась по привычной колее к следующей станции…

Апрель-май 2024
Опубликовано: 24/05/24, 23:41 | mod 24/05/24, 23:41 | Просмотров: 82 | Комментариев: 4
Загрузка...
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Все комментарии (4):   

Александр, очень хороший рассказ.
Кинематографичный. Интересно было читать.
Герои живые.
Спасибо.
Понравились, развеселили диалоги:) там, где паралелльно словам вслух в скобках даются сокровенные мысли. Показалось это удачной находкой: раздвоение физического мира и удвоение мыслей персонажей:)
Милана_Секоненко   (10/06/24 20:04)    

Милана, большое спасибо! Очень рад, что пришлось по душе))
Александр_Сороковик   (12/06/24 00:52)    

Спасибо за рассказ, Александр. 90-е - это вообще жесть. Вы очень хорошо передали состояние человека в те годы. По моему ощущению именно так чувствовали себя люди выброшенные из жизни на обочину. Сюжет понравился и то, как разрешилась ситуация. Написано очень хорошим языком, читается рассказ легко.
Виктория_Соловьёва   (25/05/24 08:32)    

Спасибо, Виктория! Да уж, "весёлое" то было время, выживали как могли))
Александр_Сороковик   (25/05/24 14:46)