Танка в японской книжной поэзии (Бунгаку) играет ту же роль, какую в европейской — сонет. Но гораздо более древняя форма.
Японский язык, не имея слогов долгих и кратких, ударных и неударных и, следовательно, не имея стоп, построил свою стихологию, в частности строфику, главн. образом на определенном числе слогов в стихе (строке). Причем наблюдается явление, аналогичное греческому красис, — стяжение двух гласных в конце и в начале слова в одну. Древняя песня (стихотворение), по-японски Вака или Ута, имела колебание в стихе от 3 до 11 слогов; на первом месте 5 и 7 слогов. Такие сборники известны с 1-го века. 5-ти и 7-ми-слоговые стихи постепенно вытесняют все остальные, долгое время борясь с четырехслоговыми и шестислоговыми. Господствующая в японской Бунгаку уже много столетий строфика основана исключительно на 5 и 7 слогах в стихе. Комбинации пяти- и семи-слоговых стихов и создают японскую строфику. Рифмики, по существу до некоторой степени в языке возможной, японская стихология, как разработанной области, не знает.

Является вопрос, возможно ли передать сущность строфичности языка, построенного на законе равноударностн и равнодлительности слогов, стихом языков, построенных на обратном законе. Наши поэты писали Танка обычно с двумя рифмами и определенным метром. Но метра и рифмы в нашем смысле японская поэзия не знает. Может-ли почувствоваться сколько-нибудь по-японски гармония волн пяти и семи слогов через наши метры (или через метры греков и римлян)? А если почувствоваться не может, надо ли соблюдать в наших метрах счет пяти и семи слогов, стараясь придать этим отдаленную эфемерную стилизацию под японский стих? Может быть, надо писать прозаическими строками в соблюдением счета слогов. Но европейская проза (в частности русская) имеет определенные метрические волны. Для сколько-нибудь близкого подхода к сущности дела можно предложить писать японские строфы исключительно ударными униками (macer), что на практике сведется к употреблению лишь односложных слов, с допущением в виде исключения двухсложных, сбивающихся на спондей.
Пример Ката-Ута по этому принципу:

Дом мой стая не дом.
Ах, я в нем, как гость... где ты?
Там, где смерть, иль там, где жизнь?

Хаи-Каи:

Меч его был сталь.
Шлем на нем был сталь и медь.
Дух его — он жив.

Но и это нельзя считать вполне удовлетворительным разрешением вопроса.

Иван Рукавишников. Литературная энциклопедия: Словарь литературных терминов: В 2-х т. / Под редакцией Н. Бродского, А. Лаврецкого, Э. Лунина, В. Львова-Рогачевского, М. Розанова, В. Чешихина-Ветринского. — М.; Л.: Изд-во Л. Д. Френкель, 1925

Танка — силлабическое пятистишие в размере 5-7-5-7-7 слогов.

По классическому канону, танка должна состоять из двух строф.
Первая строфа содержит три строки по 5-7-5 слогов соответственно,
а вторая – две строки по 7-7 слогов.
Итого получается пятистишие в 31 слог.

Ключевое понятие хэйанской эстетики — «моно-но аварэ», красота с легким привкусом меланхолии, «печальное очарование вещей». Все пройдет в этом иллюзорном мире — так учит буддизм, но тем скорее надо любоваться прекрасным: вишней, пока не облетит, луной, пока не зайдет.

Ключевым словом эстетики средневековья стала «югэн» (буквально «сокровенное и темное») — извечное начало, согласно буддизму скрытое в явлениях бытия. В искусстве это сокровенная красота, требующая неспешного созерцания, отрешенности от мира суеты.

Тревожные голоса, порой мягкие, умиротворенные, или пронзительные вопли скорби, как у поэта Сётэцу, — таков эмоциональный диапазон танка. Эта всеотзывчивость помогла ей дожить до наших дней и наполниться новым содержанием.

Размер танка: 5-7-5-7-7 слогов.
Танка силлабически организованна (имеет определённое количество слогов в каждой строке) и напевна, за счёт созвучий.
Танка не имеет рифм
Танка должна состоять из двух строф:
– Первая строфа ( 5-7-5) представляет природный образ и записывается одним предложением.
– вторая – две строки по 7-7 слогов – описывает чувство или ощущение, которое вызывает этот образ.
Танка пишется в настоящем времени.
В танка нежелательно использование личных местоимений.
Не используйте в танка много глаголов (максимум два). Глаголы придают динамику, а танка всё же - это больше созерцание, раздумье...
Старайтесь избегать слов-сравнений: словно, как, что, будто…
Старайтесь избегать слов не несущих смысловой нагрузки – слова-пустышки: лишь, только, ведь, уж, уже, даже, вот, вон, ну, очень, сильно, также…

***
В глубине в горах
топчет красный клёна лист
стонущий олень
слышу плач его… во мне
вся осенняя печаль

(Танка поэта Сарумару-даю)

***
‎Домой иду я,
покинув берег Таго,
‎и что же вижу?
Уже вершину Фуджи
окутал снег блестящий!

(Танка поэта Ямабе-но Акахито)
пер. «Пр. Б.» — Николай Николаевич Бахтин (Нович)

***
Я белые цветы в саду тебе хотела
показать.
‎Но снег пошёл. Не разобрать, где
снег и где цветы!

Из сборника «Манъёсю»
Перевод А. Брандта.
Песня № 317 из «Манъёсю»:
317

***
(Песня Отомо [Миёри], губернатора провинции Бунго)

О бренный мир!
Как много в нем тоски!
И чем томиться мне, влача удел печальный,
Хотел бы лучше стать простым цветком
Душистой белоснежной сливы!

820

***
О, если б на свете
Вовек не бывало вас,
Цветущие вишни!
Наверно, тогда бы весною
Утишилось сердце мое.

(Ариваре Нарихира приписывается авторство лирической повести начала X века Исэ Моногатари. 1.)

***
Ах, осенняя ночь
напрасно считается долгой!
Только встретились мы
и слова любви прошептали –
как нежданно уже светает…

(Оно-но Комати)

***
Сиротливо в полях
случайные зерна кружатся
на осеннем ветру –
так и я теперь одинока,
никому не нужна на свете…

(Оно-но Комати)

***
Он опять не пришел –
и ночью тоскливой, безлунной
я не в силах заснуть,
а в груди на костре желаний
вновь горит – не сгорает сердце…

(Оно-но Комати)