Тускнеет золотой багет
и меркнут лица на портретах,
поспела тыква для кареты,
звонит три четверти брегет.
Щелкунчик пробует орех,
но расколоть его не в силах.
А время свой камзол сносило
и сыпет звёзды из прорех.
Распродаются чудеса
из позолоченной фанеры -
любых оттенков паруса,
хрустальных туфель все размеры.
Что было свято, то смешно,
что было дорого – постыло,
и отлегло, и отпустило,
и оказалось мудрено
то, что вчера глядело мудро.
И шут хитрец, а не дурак,
и собралась в морщинах пудра
у первой фрейлины двора.
Король сконфузился без свиты,
он гол и в зале слышен свист..

Но под окном, плющом увитым,
всё так же старый клён ветвист.
Всё тот же тёплый свет в окошке,
любовь жива, а смерти нет.
А на неведомой дорожке
пыльца с невиданных планет.
Всё так же мягкий снег ложится
на крышу в ночь под Рождество.
И вечной жизни торжество
бессрочно долго длится.. длится..