Волной, блестя в лучах, лилась чудно
Копна волос так, что питала зависть
Сама Афина, к пряди озорной
Коварным взглядом молча прикасаясь.

Я верила, безропотно служа
В высоком храме неустанной жрицей,
Что нет пути чудеснее... А жаль -
Мне лучше было б вовсе не родиться,

Чем монстром стать и убивать людей.
Ведь по натуре не была злодейкой -
И убежала в край далëкий, где
Могла б не видеть никого весь век мой.

Но даже там не обрела покой:
За славой шëл герой в мою обитель,
Чтоб утолить безумие богов
Безжалостно слепых в своей обиде.



Там, на краю... Где больше не живу.
Где не любила пальмы и оливы,
Но только - камни... Грозные приливы
Седого моря одинокость чтут.
Там память в мыслях восседала век,
Карая красоту уродством. Снег
Холодной боли в кудрях шевелюры
Покоил змей - до новой авантюры.

Во сне убита. Родился Пегас,
И зависть завершилась в смертный час
Триумфом побеждающей богини.
Но боль была на щит взята, и ныне
Мой взгляд убийствен также, как тогда,
Для каждого бесславного врага.



Не трогают ни жалобы, ни стоны
Мой от природы музыкальный слух -
Никто из всех случайностью казнëнных
Не может даже выругаться вслух!

Мертва века... Но ликом оживаю -
В защиту: да погибнет злобный тать!
Злосчастный дух помяните стихами?
Мой сын - Пегас - вас научил летать!

Взгляни, бесстрашный! Кто касался бездны
Всех уголков отчаяний души -
Поэт по праву - втуне не исчезнет,
А значит, даже в камне - будет жив!

Но праздник принуждает стать безликой,
Чтоб не прогнали рано с торжества:
Дарю очки - сквозь них видны лишь блики -
Игра лучей на скулах и клыках.