На донце души
мерцает зелёный свет.
Там что-то горит -
Лучина? Звезда? Фонарь?
А спросишь его -
Вздыхает, скулит в ответ.
Какая-то странная,
дикая чудо-тварь.

Там кто-то очень
голодный сидит внутри.
Его не насытишь
Кашей и молоком.
Щенок ли, ребёнок,
Он тянет, и тянет нить,
И кажется, сердце
Уже размотал клубком.

Ну хватит, мне больно,
Кончай, говорю, тянуть.
На арфе души
порвались десятки струн.
Мне белым ковром
Зима устилает путь,
А музыка ветра
Сливается в белый шум.

Я словно ослеп,
Я высушен белизной,
Отбит, накрахмален,
Шеренгами долгих лет.
И только где боль,
Под коркою ледяной,
По-прежнему тлеет
Голодный зелёный свет.