Когда провожала, страдали,
Рыдали со мной небеса.
За тучами прятались дали
И скорбно чернели леса.

Потом бесконечно и строго
В пустое глядела окно –
Быльём порастала дорога.
И было ли предрешено

Уйти – в никуда из уюта,
Остаться – и выжить едва?
Ждала – и тянулись минуты.
Ждала – и глумилась молва.

Ждала, как ослепшая – солнца.
И снег, будто пепел, валил,
И каркали: «Он не вернётся»...
А он по ступеням всходил.

Обветренный – по пересудам,
По слухам в полжизни длиной –
Моё повзрослевшее чудо:
Отмоленный, блудный, родной.