Лишь кот, несносное создание,
чеширит здесь, ему позволено.
(Лазоревка)

Не только кот, чеширят все – вошло в привычку:
лентяйка-ночь, уставший вечер с утром-букой.
Луна сегодня – белый шар, а завтра – спичка.
Сегодня дождь как из ведра, а было сухо.

Чеширит май, кидая снег на город грустный,
в улыбке пряча злой оскал и сумасбродство.
Всё переменчиво: гипотезы, искусство,
нет равновесия – сказал когда-то Бродский.

Чеширит время, улыбаясь мне нахально,
вмиг исчезает в зазеркалье незнакомом.
Ещё вчера закат был сочным, идеальным,
а нынче войны не дают пробраться к дому.

Конечно, в прошлом липы выше, воды чище.
Там живы бабушка и мама, сад вишнёвый.
А здесь, где ветер перемен на пепелище,
не воздвигается ни дивный мир, ни новый.

Он получается каким-то эклектичным,
звуча нелепо: хеви-метал с Анной Асти.
Чешир ломает всё, что цельно, гармонично,
мол, ни к чему тебе просроченное счастье.

Но, слыша пение синиц под облаками,
ты понимаешь: без чешира жизнь закиснет.
Махнув рукой на рай вчерашний с журавлями,
возможно, внук посадит лучший сад и вишни.

---------
Кубок Графской пристани, 1 паратур, эпиграф