Удивительность состояний приносит март — 
Хочется лезть на крышу, ероша хаер,
Забывая, что он давненько слетел с ума,
И голова голой луной сверкает.

С крыши виднее, что снег кое-где лежит — 
Бурый, почти что чёрный как грешник адовый.
Сверху виднее — мимозу несёт мужик.
Видимо, нашалил и теперь оправдаться надо.
Ветер, и снизу не тёплый, на крыше ещё холодней.
Чтобы согреться, притопываю ногами.
Город-кастрюля варит людей на дне,
Как дорогую специю — солнца добавив граммы.
С крыши виднее, что нет во дворах котов.
Вдруг замечаю — на мартовской крыше тесно.
От холода все притоптывают, и топот
Напоминает, будто ногами мы месим тесто — 
Я и коты.

У марта несносный ритм.
Вдруг обнажается чувственность общей стаи. 
Ветер холодный, но пар изо ртов. Горим?!
Греем любовь, чтобы снег поскорее стаял?
Люди внизу хлопочут как муравьи — 
Букеты, подарки, разборки с не тем полученным.
А с нашей крыши божественный ор и визг — 
Ведь нашим дамам только самое лучшее.
Люди внизу — картошки в мундирах. Им
Не понять, что в кошачьих песнях Ирины, Насти, Виктории,
Ольги и многие-многие, нами — котами — любимые
Навсегда.
Но в марте с чего-то — тем более…