Она всегда таинственно бледна,
И, руки заломив над головою,
Все что-то ищет в небе над Невою,
В котором отражается волна.
О, сколько лет под мрамором груди
Она хранит немое ожиданье?
Быть может, сможет кто-то подойти
И различить тепло ее дыханья?
И снимет с плеч навязанный ей груз?
Но смотрит снова вдаль кариатида...
В ее глазах не злость, и не обида.
Осенняя запрятанная грусть.