Цвела весна. От счастья окосев, дурачились шмели на одуванцах. Кряхтел дракон на взлётной полосе, в который раз просчитывая шансы удрать из Лукоморья. Ни друзей, ни ведунов – он никого не слушал, а ночью пил текилу у лосей, закусывая солью из кормушек. Заслуженный упырь писал эссе о детстве, беззаботном и лучистом – как босиком по утренней росе гонялся он за первым интуристом. Отец орал с восьми и до восьми: «Точи клыки, тупая обезьяна!» Но продолжать традиции семьи упырь не пожелал и стал веганом. Сопел Илья под дубом вековым, прогнав кота, голодного и злого. Златую цепь похоронил ковыль и тощая колхозная корова. Нетрезвый леший напугал сову и колобродил в поисках нирваны. Яга рвала целебную траву и принимала солнечные ванны. «Какой кошмар! Ну что за дикари!» – колдун, отнюдь не мелом убелённый, стоял и не стесняясь, материл ворон, жар-птиц, драконов и законы.
...Вот так, назло общественной молве, как говорится, в радости и горе, без интернета, связи и ТВ, жило да поживало Лукоморье.