Зачем спасать обугленный роман,
когда финал впечатан в тишину?
Накрыл умы мистический туман,
тропинкой уходящий на луну.

Не воскрешай. В кровавых зеркалах —
вскипает кубок бывший головой.
Бал Сатаны купается в грехах,
пока Марго — в личине ведьмовской.

В пустотах лобных долей — сюр теней
с образчиком пороков напоказ.
Плывут часы в извилинах ночей,
в которых Мастер выловил экстаз.

Спеша по следу чувств уйти во мглу,
стекает время, словно бьёт прибой,
и ворошит остывшую золу,
мешая мертвый пепел с немотой.

Растаял звук, как в кубке лунный яд,
забылся Мастер, бред стряхнув с плеча.
Святой роман и призрачный закат —
ещё горят, как росчерк палача.

07.03.26