Закатное небо алеет,
словно индейский воин
срезал седые тучи — пышный небесный скальп.
Ветер гудит в аллее,
Даже, скорее, воет,
Даже, скорее, воет не ветер — его тоска.

Среднее время года,
напрасное время суток,
скамейка, напоминающая скелет.
Фонарь изогнулся горлом,
свет опадает чудом — 
разбитый плафон не разбивает свет.

Кто-то спешит от взгляда:
Воры скромны сегодня — 
Видимо, маски с лицами не срослись.
Только видать и сзади: 
«Кто-то» — иногородний,
чуждый народу залётный специалист.

Закатное небо алеет…
Забыл, говорил об этом!
Скамейка-скелет всем предлагает сесть.
Странность сюжета злее
с выстрелом пистолетным — 
падает навзничь чья-то совесть и честь.

Ветер вздыхает всхлипом, 
шаги ускоряет «Кто-то»,
занавес ночи опущен. Ночь объявляет антракт.
Где-то во тьме — убитый
рожу беззлобно корчит,
бодро втекая в список невосполнимых утрат...