Я ушел. Вернее, убежал. Хотя больше всего в жизни хотел остаться. И вот сижу в баре. Как всегда вокруг меня крутятся молодые и длинноногие. Но до чего противно… Нет, девицы ни причём. Дело во мне. Сегодня я понял…
– Парень, плесни еще… – это я бармену.
– Что-то случилось? – с интересом спросил он, наливая виски.
– Случилось…

***
Я вздохнул и отвернулся. Делиться с чужим человеком настроения не было. Как же давно это было. Жизнь прошла. Ну, ладно, не совсем, но… помню тот день, вернее, даже час. Да, именно час. Мы учились в одном классе и даже сидели за одной партой. Но тогда меня будто током ударило, врезало под самый дых… я увидел её другими глазами.

Так всё и началось. Мы в возрасте Ромео и Джульетты, дрожали, видя друг друга. Два года… два чертовски долгих года ходили держась за руки, пока я не решился поцеловать. Если до этого я парил, то после… улетел окончательно. Блаженству не было предела. Однако, постепенно… незаметно… я стал понимать: что-то ломается, трещит по всем швам, которые недавно казались плотно сшитыми..

Она ничего не говорила. Не объясняла. Просто перестала отвечать на звонки. Когда я приходил за ней, чтобы сходить вместе в кино, её не оказывалось дома, хотя знала, что я приду. Нет, она не сказала, что не любит меня больше... нет, ничего такого. Она просто не придавала значения моему существованию. Вчера был человеком, сегодня стал тенью. Её чувства ко мне ушли на второй, третий и потом на последний план. Растворились в ворохе новых ощущений. А мои, мои полыхали не меньше прежнего и даже больше распалялись из-за понимания, что «всё кончено». Жизнь превратилась в большое чёрное пятно, в котором утонул смысл.

Это было невыносимо. Обидно. Больно. Я не понимал, что происходит. Был озадачен. Оскорблён. Особенно, когда однажды прождав её битый час, вышел из дома, и буквально столкнулся с парочкой, слипшейся в едином поцелуе… это была она. Я налетел на них и она на мгновение оторвалась от губ патлатого парня и взглянула на меня. Но взгляд её был отстранённым, каким бывает у людей в дурмане. Она даже не узнала меня. Или… ей было всё равно? Она тут же продолжила прерванный поцелуй.

Я понял – ждать нечего. Она больше не моя «джульетта». И вообще не моя. И я решил убить её. Да, да. Стал обдумывать план. Что только не приходило в голову. Но быстро сообразил, что... если убить её, жить легче не станет. Я же буду думать о ней по прежнему. Мелькнула мысль убить парня, с которым она была. Но отбросил и эту идею — ведь у неё появится другой. Не убивать же всех. Глупость полная. Тогда я решил покончить с собой. Хотел порезать вены, как показывают в кино. Или повеситься. Ходил на чердак и присматривал место.

Однажды, выпив почти полную бутылку водки прямо из горлышка, я вышел на проезжую часть... и бросился под машину. Случайная женщина успела вытолкнуть меня с криком:
– Что творишь, подумай о маме.
Рухнув в кусты росшие на обочине, я пришёл в себя. Кусты к тому же оказались розами и их шипы здорово меня поцарапали. Смерть, которая до этого была фантазией, в этот раз оказалась почти реальностью. И я испугался. Кончить жизнь, как Ромео? Да, и моя Джульетта не умерла, а вполне себе живая. Зачем мне-то умирать? О маме я тоже подумал…

Я будто протрезвел… и нашёл в себе силы всё обдумать и решить: мне нужно отомстить. Она должна понять, что обидела меня и должна пожалеть об этом. Будет ещё локти кусать. Я забуду про полненьких брюнеток и буду влюбляться только в длинноногих блондинок. Стану успешным, счастливым, с красавицей женой. А она... она в пятьдесят превратится в толстую бабу и будет торговать семечками на базаре. Так я представил свою месть за то, что она разлюбила меня.

Мой план частично удавался. Я женился на красивой длинноногой блондинке и она родила двоих детей. И любила меня. Но это не спасло ситуации... я-то её так и не смог полюбить. Мы развелись. Но в остальном складывалось отлично: к тридцати у меня была успешная строительная фирма с выгодными подрядами, я стал крупным бизнесменом и ездил на лучшей иномарке в городе. Женщины охотно влюблялись в меня, мне же оставалось лишь выбирать блондинок с длинными ногами. Правда, я больше не женился. Женщины были. Молодые и красивые. Но всё не то...

Она... та самая девочка из прошлого, которой я пытался своим успехом отомстить за её жестокое поведение в молодости, за ту обиду которую она мне нанесла, уехала из нашего города и я потерял её из виду. Но мысль о том, что когда-то мы встретимся... может и на базаре, и я куплю у неё стакан семечек – не покидала меня.

И вот день настал. Мне позвонил один общий с ней знакомый:
– Представь, встретил… она к подруге прилетела, спешила куда-то, но я взял у неё номер мобильного, может соберёмся нашей компанией… она, вроде, не против.

У меня перехватило дыхание. Ну, вот, сейчас позвоню. Она будет заискивать, начнёт лепетать. Сама предложит встретиться. И я снисходительно соглашусь.

Подъеду на своей шикарной машине с водителем, она уже будет стоять. Кинется обниматься. Ещё не хватало. Толстая, как я и предполагал, но явно желающая скрывать полноту и поэтому в обтянутой одежде. На ней до неприличия короткая юбка, блузка с люрексом. Как говорится: всё, как любят тётки на базаре.
– Ты такой… красавчик, а какая у тебя машина… и водитель, ничего себе, – затараторит она. – Наслышана, ты в городе знаменитость. Ресторан «У Алекса», говорят, тебе принадлежит. А мой… тоже Алекс, так его туда и на порог не пустят.
Ну, вот, я могу уходить. Но для приличия спрошу:
– А ты как?
– Ох, тяжело, работаю в семье, за детьми присматриваю. А свои-то брошенные… мой спился совсем, надежды на него никакой, да, что мы тут, посидим где-нибудь?
Ага, сама сказала, что на порог в мой ресторан не пустят. Позориться с такой. Нет, уж… попрощаюсь и быстро уеду.

***
Да, именно такую встречу я ожидал. Но всё случилось иначе.
– Парень, плесни еще… – попросил я бармена.
Хотелось, чтобы было так. Но жизнь преподнесла сюрприз.

***
– Алло, – хрипло сказал я. Хотя и готовился к разговору, и пытался придать снисходительный тон, но вышло... как в молодости, когда я робел перед ней. Она узнала, обрадовалась, договорились через час...

Я приехал на своей навороченной машине и даже водителя прихватил для солидности. Она ждала. Всё такая же, чёрт побери! Те же густые каштановые с отливом в медь волосы, тот же пронзающий, но вместе с тем ласкающий взгляд. Да, полновата. Но её соблазнительные женские изгибы и выпуклости могут свести с ума кого угодно. Внутри меня всё дрожало, бил озноб, будто меня окатили ледяной водой. Собрав силы в кулак, вышел из машины, которая притормозила прямо около неё, хотя проезд был запрещен. Этим эффектным появлением рассчитывал доконать её. Но она не обратила внимания ни на машину, ни на водителя, кинулась ко мне, обняла, прижала к себе и чмокнула в щёку.
– Какой ты... совсем не изменился, – радостно, будто расстались вчера. – Ну, куда пойдём, где посидим?
– Прости, но у меня всего пара минут, спешу на совещание, – выдавил я.

До какой же степени – до одурения – хотелось остаться с ней! Обнимать. Тискать. Зацеловать. Но я продолжал свою игру. К тому же сразу понял... если останусь, «поплыву» туда, где разум уже отключён. И тогда признаюсь ей, что любил всю жизнь. Что искал другую, но не нашел, потому что мне нужна была только она. Нет, не мог я себе позволить такое.
– Ты как? – спросил я, ожидая рассказа про базар и семечки, хотя и по внешнему виду было ясно – она «упакована» дорого и совсем не похожа на базарную торговку.
– Да, нормально. Жаль, что у тебя сейчас нет времени, может встретимся в Венеции. Я туда прямо отсюда полечу.
Что? Она летит в Венецию? Ясно, удачно выскочила замуж, муж богатый.
– Замужем? – решил уточнить я.
– Да и муж есть, и сына родила, всё хорошо.
– А кто он? Бизнесмен? – допытывался я, рассчитывая на ответ о том, что муж у неё пузатый старик, но дико богатый.
– Ты о ком? О муже? Почему бизнесмен, – она засмеялась, – инженер, тоже строительный закончил, как ты. Ты ж меня с ним и познакомил. Андреев Лёха.
Что? Андреев? Лёха из моей группы. Я чуть не задохнулся. Почему? Почему она предпочла мне его? Чем он лучше. Это он тот самый патлатый, с кем она целовалась тогда.
– Да, помню, – выдавил я усилием воли, – и что он… стал строительным магнатом? – я попытался иронизировать.
– Это ты, наслышана, наслышана… молодец, горжусь. А Лёха мой простой инженер.
Я всё ещё не понимал.
– А зачем в Венецию летишь? – спросил, решив, что всё равно выведу её на чистую воду.
– На конференцию. С партнёрами встречаюсь. У меня фирма по производству... Да, какая разница. Прилетай, поболтаем.
– Не смогу, у меня...
Она не дала договорить:
– Жаль, очень жаль. Но может позже пересечёмся где-нибудь, я планирую отдых на Мальдивах, может там... кстати, не подскажешь, у кого можно купить хорошего жеребца?
– На продажу? – я поперхнулся, будто проглотил колючку, но она, по-моему, не заметила.
– Почему, я сама увлекаюсь, у меня конюшня, сын занимается верховой ездой. Ой, смотрю, твой водитель выглядывает, подгоняет тебя? – она улыбнулась. – Беги, беги. Жизнь длинная, увидимся ещё... – и снова обняла меня и поцеловала. И еще раз взглянув на меня, добавила: – Знаешь... наша юношеская любовь питала меня всю жизнь. Это было так прекрасно… я благодарна тебе.

***
Месть не удалась. Ей было безразлично, чего я добился, на ком женат. Она проживала свою жизнь с памятью о нашей любви, оставив её где-то в закоулках сознания. «Наша» история была для неё красивым прошлым. А для меня стала мукой. Я не убил ни её, ни себя. Не спился. Я стал успешным бизнесменом, совсем не плохо. У меня было много женщин. Они сами липли ко мне, как «банные листы». Но я не был счастлив. Не мог отпустить обиду. Жил в ожидании доказать. Отомстить. Зачем? Месть в пустоту...

***
Я ушел. Вернее, убежал. Хотя больше всего в жизни хотел остаться. И вот сижу в баре. Как всегда вокруг меня крутятся молодые и длинноногие. Но до чего противно… Нет, девицы ни причём. Дело во мне. Сегодня я понял…
– Парень, плесни еще… – это я бармену.