Он хорошо обращался со мной, пока я был маленьким, впрочем, мы росли вместе.

Я нежусь на травянистом огромном поле. За городом проходят важные соревнования по ПланерАрту. Вон там на фоне облака, похожего на крыло, планирует и выполняет вольные упражнения Пол. Мысленно морщусь. Я долдонил ему – безрезультатно, что нелепый костюм никак не сочетаеся с миссией: кто всерьёз оценит мешковатое одеяние с заячьими ушками и круглым хвостиком.

Легкомыслие. Между тем, Пол скакнул в воздухе на покилометра тремя гигантскими скачками. Послышались возгласы радостного удивления представителей комиссии и аплодисменты. Жюри устроилось недалеко от меня. Кто-то предпочитает глядеть в спецокуляры, кто-то наблюдает "живым глазом". Людей среди них мало. И правда, не человеческому глазу и мозгу уследить на таком расстоянии за всеми элементами и участниками. Один лучший должен стать безусловным победителем.

Я рос счастливым рядом с малышом Полом, пока он ещё не мог по-настоящему владеть мной и демонстрировать превосходство. Существование сначала игрушкой и одновременно сторожем, подающим звуковые сигналы родителям при малейшей нештатной ситуации.
Потом мальчишка таскал меня в рюкзачке, маскировал от учителей. Но такое подспорье недолго служило в обычной учёбе.
Пол развивался стремительно сам по себе. Поэтому всё чаще забывал меня где-нибудь. Однажды забыл в углу кафе незнакомого нам района, а сам, видно, забыл, где. И я долго добирался, как мог, до дома, хорошо, что к тому времени у меня были уже не только колёсики, но и шасси, и небольшие крылья, с помощью которых поднялся над землёй сантиметров на десять. Хорошо, что несколько сердобольных прохожих и неравнодушных машин встретились на пути, помогая с маршрутом.
Вернулся домой весь обляпанный грязью от спешащих по разным трассам автолётов, передвигающихся на низкой высоте.

Пол не особо удивился, что я нашёл всё-таки дорогу, а на следующий день внедрил мне программу по распознаванию любой незнакомой местности. К этому времени он слыл самым знаменитым учеником математической школы, несмотря на то, что учился ещё в средних классах.
Его любимым экспонатом оставался я. Что только он не проделывал. То я становился незаменимой домашней прислугой, то превращался в обыкновенную подставку, и Пол катился или подлетал на мне до школы. Я не возражал, наоборот, это было счастливое время. Чувство невесомости незабываемо и не надоедает, и даже груз в пятьдесят килограммов не очень тяготил меня.

Потом в широком ассортименте появились дешёвые модели низколётов, с самой примитивной программой доставки – от и до – любого груза. В прихожей и гараже на подзарядках стояли теперь самые дорогие модели.
Меня, маленькую коробочку, сердцевину, Пол вынул из утробы устаревшего механизма, освободил от лишнего, почистил от грязи, пыли, кислот. А потом ко мне стали прирастать новые приспособы, превратив в итоге в многофункциональную самообучающуюся машину. Результатом Пол гордился. Он тогда заканчивал университет. Ведущие фирмы рвали блестящего студента нарасхват, уговаривали, предлагали места ведущих специалистов. Я же, напротив, страдал, как от ожирения, – обросший со всех сторон прибавляющимися, усложняющими дополнениями. В доме у Пола, который он давно приобрёл с помощью нескольких выгодных заказов, было до кучи таких же, как я, но не совсем таких же, впрочем. Всё-таки только со мной Пол общался не как с неживым механизмом, подчинённым ему во всём. Он даже советовался по каждому мало-мальски сложному решению той или иной бытовой или профессиональной задачи. Да и, вообще, я оставался другом детства.
Другим было на это наплевать, но я чувствовал гордость и радость.

Артпланеризмом Пол увлёкся недавно. Мне тоже очень хотелось в небо. Я так упрашивал своего, не побоюсь этого слова – друга, чтобы он взял хотя бы на тренировку. Ну что стоило отсоединить все съёмные части, чтобы спрятать в карман или лётный рюкзак ма-а-аленькую коробочку. Я полетел бы вместе с ним и, право, после и умереть не страшно.

В небе пестро' от самопилотов. Пол в своём белом костюме выгодно выделяется на фоне синего неба. Соревнования идут от какой-то военной фирмы, ответственной за правительственный заказ. Самолётчики отважно выполняют вираж за виражем.
По периметру поля стоят спасательные машины, дежурят врачи. Так, на всякий случай.
Думаю, что военным пригодится любой опыт. Несчастный случай, столкновение в воздухе, падение с неба.