— Бабуль, что такое месть? — спросил старую Лорит малыш Сеури.

Она задумалась. Что ответить ему?

Рассказать, как 22539 – 22545 годах астерианского календаря на самом населённом материке Астерии были замучены, расстреляны, удушены, сожжены в печах несколько миллионов алантийцев? А потом, когда судили тех, кто это сделал, одному из высокопоставленных командиров буркиан удалось скрыться под чужим именем на дальнем материке, на другой стороне планеты… Как разыскивали его алантийцы по всему миру — и таки нашли, похитили, привезли в Алантию и предали суду. Хотя любой из них был готов прикончить его на месте, но всё же его отдали под суд, и смертная казнь ему была вынесена правосудием.

Нет, это жестокая история. Сеури ещё слишком мал, чтобы слушать такое.

Что ещё приходит ей на память при слове «месть»?

Может быть, трагедия 22572 года на олимпийских играх в Торхене? Когда банда террористов из соседних с Алантией территорий захватила плен и потом расстреляла команду алантийских спортсменов? Эта история тоже известна на всю планету, хотя многие предпочли бы её забыть. А уж в Алантии каждый помнит, как кропотливо расследовалось преступление, как его участники были выслежены все до одного, как произнесла великая Линда Скаер свои знаменитые слова: «Посылайте мальчиков»… И ни один из убийц не ушёл от возмездия. Ни один.

Нет. Это тоже не пойдёт. Такие кровавые события… нельзя такое рассказывать ребёнку.

— Знаешь что, малыш? — сказала она, — я подумаю хорошенько, какая история лучше объясняет это слово. Давай я расскажу тебе вечером?

— Хорошо, бабуль! Только вечером обязательно расскажи!

— Конечно, милый.

Внук убежал играть, и как только за ним закрылась дверь, она уже знала, какую историю расскажет ему. Да, это будет лучше всего.

 

— Вот тебе молочко, а я начинаю рассказывать. История эта началась давно, в прошлом веке…

— Когда?

— Ну… почти сто лет назад. Немножко меньше.

— Ааа…

— Так вот. Тогда была война, и плохие люди из буркиан хотели поймать всех алантийцев и… посадить в тюрьму.

Она не смогла произнести слово «убить».

— Почему?

Сказать ему «за то, что они алантийцы»? Он ещё узнает об этом в своё время.

— Потому что это были очень злые люди. И они на нас сильно разозлились. Они поймали много сотен людей и держали их за забором. Но там работала одна добрая женщина, она взяла нескольких человек и привела в дом в деревне. Там она их прятала, никто не знал об этом. Иначе бы и их, и её у… посадили в тюрьму. А потом у одной молодой пары родился мальчик. Все боялись, что он будет плакать и выдаст остальных. Но обошлось.

— Ура! А потом что с ними было? Их освободили?

— Да, милый. Их освободили храбрые солдаты и выпустили всех из-за забора. Война закончилась, злых людей судили и наказали…

— Как наказали?

— Эээ… посадили их самих в тюрьму.

— Правильно! А добрую женщину наградили?

— Конечно. Ей присвоили звание Праведницы. Это очень большая честь.

— Бабуль! А что стало с мальчиком?

— А вот это самое главное, что я хочу тебе рассказать…

— Он отомстил буркианам? Но ведь их уже и так посадили в тюрьму…

— Не спеши, всё по порядку. Мальчик вырос и выучился. Он стал деловым человеком. Он всегда помнил свою спасительницу, а теперь дружит с её дочерью. Они считают друг друга братом и сестрой. И он остался жить в Буркинии, хотя здесь с ним и его родителями обошлись… эээ… не очень хорошо когда-то. Но ведь он знал, что не все буркиане были злыми, что есть очень хорошие люди, которым теперь стыдно за то, что происходило в те времена… Так вот, он стал деловым человеком и основал своё предприятие…

— А что это?

— Ой, это очень сложно, оно называется «экспорт-импорт» и ещё что-то… Тебе папа расскажет, когда ты ещё немного подрастёшь. Но самое главное — это предприятие было построено в Буркинии, где он до сих пор живёт, и он дал рабочие места многим буркианам. Это принесло им много радости и хорошую жизнь. Понимаешь, милый, что важно? Он не хранил зло на них, а наоборот — сделал доброе дело.

Сеури помолчал, что-то обдумывая.

— Бабуль… так это и называется «месть»? А я думал… Значит, если кто-то тебя обижает, ты потом делаешь ему доброе дело… и так ему отомстишь?

— Ну вообще-то бывает по-разному. Но я думаю, такая месть — самая лучшая.

— Конечно, бабуль! Мне нравится, как сделал мальчик…

«Да, малыш, мне тоже нравится, — думала старая Лорит, когда малыш Сеури уже мирно посапывал, обняв своего медвежонка. Наверное, такой и должна быть месть. Иначе зло в мире не закончится никогда…» Лорит и сама была рада, что вспомнила историю чудом выжившего алантийца, который нашёл в себе силы сказать: «Месть? Нет, торжество жизни!»

Она потушила лампу и тихо вышла из детской.