Приём: Написать историю с эмоцией удивления

Все-таки хорошее это дело — отдыхать! Никогда не знаешь, чем удивит тебя новый отпуск. Отпуск не отпуск, а только договорились мы с друзьями, что встретимся снова на нашем так называемом острове отдыха. Молодёжный кемпинг в живописном месте, где всегда всё первоклассно. Конец мая, у всех получается, да и задумка организаторов палаточного лагеря в этом году неожиданная: тема — «Кладовая перфоманса. Позволь себе быть удивлённым». Я уже в предвкушении!
Собрал походный рюкзак, кинул наушники, по дороге заскочил в магазин, купил минералки и — на вокзал. Май растеплился, духота страшная, скорей бы до места добраться и понеслась!

Объявили посадку. Выхожу на платформу и недоумеваю. Это что за автобус? У него же из салона грыжа торчит. Такую посудину иметь в автопарке, ну… такое себе. Нужна определённая смелость для извоза. Делать нечего, потолкались, впёрлись. Рядом сел дремучий дед. Неловкое соседство. Обычно я надеваю наушники — и меня нет. А дедок уставился на меня, как только сели, сверлит взглядом искоса, усы свои теребя. Странно, думаю, устроил смотрины. Полдороги за мной наблюдал-наблюдал, а потом попросил воды попить. Говорит: «Дай, милок, горло промочить старому троллю». Я опешил: «Что… какой старый тролль? Ты о чём, дедуля?» Но воды дал.
А потом пригляделся, и вправду: лицо у деда какое-то морщинистое, ехидная улыбочка, и жилетка такая необычная, цвета прошлогодней травы. Стопудово лесничий дедка, думаю, иначе зачем такую жесть надевать? Лето на пороге!

Прислонился к окну, хотел отключиться, дед не дал. Вытащил из дорожной сумки мешочек с наградами, стал показывать. Только смотрю, награды те какие-то маловероятные, все больше на значки похожи: петлицы разные, у каждой название своё. Уважил старика, стал смотреть содержимое. О! А это что такое? Привлекла внимание яркая нашивка, на ней золотыми нитками эффектно так вышито с вензелями: «Старый Тролль». Ну, думаю, приехали. Откуда ты, чудик? Смолчал, вида не подал, что удивлён сильно.

А дедок нашивку ту пригладил и мне протягивает: «Хочешь, подарю тебе – будешь вместо меня старым троллем?»
«Зачем мне? – отвечаю. – Я нормальный».
А дед мне: «Я, привык добром платить. Ты мне попить, а я тебе историческую вещицу. Все равно последний рейс, мне выходить скоро, а ты мне понравился».
«Ах, вот оно что, – думаю, – буравил взглядом не зря меня, изучал?»
«Нее, – отвечаю, – мне не надо, дедуль. Попить дал – ты попил, всё на этом. А, кстати, как ты узнал, что у меня ник был в соцсетях «старый тролль», аккаунт-то я закрыл давно... любопытно?»

А старик мимо вопроса проскочил и дальше: «Бери. Не знаешь, от чего отказываешься, касатик. Артефакт! Историческая Весчь — творит историю! Обладатель такой нашивки, вглядываясь в лица людей, мысли их видит. Модель экспериментальная, согласен, побочки есть, дежавю, например. Ты же на физмате, верно? Тебе нашивочка моя пригодится лет так через пятнадцать точно, попомни-ка мое слово».
Я обомлел от такого поворота событий: «Реально, все мысли?»
«Все, мил человек, все мысли, проверено, — отвечает с прищуром. — Но, предупреждаю сразу, в вопросах любви не работает!» И он широко улыбнулся во весь свой беззубый рот. Я покривился на него, отметил, что дедок класс, с юморком, шутка зачётная, потом включил музыку и залип в окно с мыслями о своем, ощущая, что меня укачивает. «А вдруг он гипнотизёр?!» — промелькнула последняя у меня мысль. Помню, как отяжелели мои веки, и я выключился.

«На следующей выходите?»
Просыпаюсь, как меня кто-то толкает в плечо. Я с поспешностью начинаю собираться, чтобы встать и пропустить его на выход, и осознаю, что сижу у окна. Ну, дела! Так я сразу там и сидел, а дедуля рядом.
А дед тот поржал, быстро направился к двери и вышел из автобуса. На остановке он подмигнул мне, раскинул свой бесплодный рот в добродушной улыбке и, не переставая тыкать в меня своим костлявым пальцем, что-то бормотал, пока автобус не тронулся. Я, разумеется, ничего не понял через стекло. От недоумения я пожал плечами и, помотав ему головой в ответ, тоже улыбнулся.

Сообразил уже потом, что к чему. Оказывается, старик мне свою золотую нашивку «Старый Тролль» так завещал (на рюкзаке мне оставил). Я её потом ради прикола прицепил себе на джинсовку в прощальный вечер на закрытии лагеря, так она и осталась на мне, когда поехал домой, не подозревая, что тема «Кладовая перфоманса. Позволь себе быть удивлённым» продолжается.

Что старик тот чудак, я догадался ещё в автобусе, но чтобы учинить со мной такое замешательство с дарёным артефактом?! Садясь в автобус на обратный путь, я ещё не осознавал, что меня неслучайно мучает дикая жажда и холодненькая минералка в рюкзаке никак не охладит мой воспалённый мозг на том рейсе.

Другой автобус, другой я и другой дед. Сижу у окна. Он меня разглядывает, подергивает бороду, спрашивает: «Не найдётся ли чего попить?» Дежавю? Я в шоке!

Начинаю рассматривать деда. Рослый бородач в тельняшке. Высокие чёрные сапоги, чёрный жилет, на пальце перстень из гематита, разноцветные фенечки из шнурков на запястьях, широкий кожаный ремень. Примечательная увесистая пряжка с гравировкой «Чёрная Борода». Незаурядный прикид, однако. Широкополой шляпы и чёрной повязки на глаз не хватает для образа, а так вылитый пират. Сидит, улыбается мне. Лысина блестит, золотой зуб сверкает в улыбке.

Вдруг слышу через наушники, будто меня кто-то по имени зовёт. Я прямо опешил, встряхнулся. Через какое-то время — такая же история. А голос... Голос будто того деда-лесника, что старым троллем представился: «Мил человек! Смотри внутрь и скрозь!» И так несколько раз. Я застыл. Пребывая в лёгком замешательстве, вдруг машинально повернулся и посмотрел на деда-пирата, как бы внутрь и сквозь, и тут же охватил взглядом несколько макушек голов пассажиров, слегка прищурившись. Ну, не знаю, само как-то вышло.

И тут началось:
« Жизнь — это движение по обходному листу, где-где даже детям понятно, где чёрное, где белое. Прокуренные аншлаги надоедают, и это даже не живопись! Надзорные платы не введёшь — рассердится крыша. Натужно живём. Правила не всегда правильны. На златом крыльце сидели…»

Фух, думаю, что за чертовщина? Отталкивающая личность Чёрной Бороды вмешалась? Что? Поток мыслей каких-то попутчиков на меня хлынул? Выходит, дед — старый тролль не шутил? Обалдеть! А как это работает, как управлять? Это что, сейчас со мной напожизненно пришилось? С ума сойти!

Слегка успокоился. Решил проверить на отдельном человеке. Сижу, наблюдаю, выбрал женщину у окна — красивая, но грустная. Смотрю как бы внутрь и сквозь. И вдруг чувствую: она будто неживая. Словно застывшая фигура из воска. Вот один в один ощущение, как у меня на экскурсии в музее мадам Тюссо было – аж мурашки пошли.
Продолжаю смотреть сквозь нее, и вдруг слышу свой голос, но как будто бы в ней. Непередаваемое ощущение и полета, и скованности одновременно. "В тебе так мало соли? Ты от этого и закисла!?" Женщина тут же приподнялась, стала оглядываться по сторонам, словно перемещаясь по салону взглядом туда-сюда, затем поправила волосы, села и вновь уставилась в окно.

Блондинка с кукольным личиком, как артистка... о чем же ты грустишь? – подумал я.

И вдруг я слышу. Я её слышу!
«Цена иллюзий высока. Не предупредили, окаралась, не успела выйти из игры. Как теперь ловить белого кролика? Королевские слезы не оживляют, как птицы Феникса, и фильмы про деятельное божество – пустышка… А раздобыть бы три орешка для Золушки и... И кто-то подвинется в этом мире… Восковые фигуры изящнее. А у тебя что?»

– А вот сейчас не понял? Это она у кого спрашивает, у меня? Пока я находился под впечатлением и в лёгком ступоре, обнаружил, что объявили мою остановку. На выход — срочно! Начинаю судорожно складывать внутрь рюкзака наушники, шевелюсь, всем видом показывая, что мне пора выходить. Сосед — пиратский дед — не реагирует.
— Можно выйти? — вытягивая шею, суетно произношу, чуть ли не подталкивая моего золотозубого соседа. — Зачем? Поехали дальше, вместе веселее! — широко улыбаясь в густую бороду, почти юношеским голосом произносит дед. И было в этой улыбке что-то таинственное, напоминающее прежнего дедушку — старого тролля. Смутное чувство дежавю.
— Нет, нет... Пропустите! — решительно приподнимаясь и цепляясь рюкзаком за впереди стоящее сиденье, я задеваю шляпку пожилой дамы. Вижу её недовольное лицо, испещрённое морщинами и припудрённое с лихвой. Кого же она мне напоминает? Всматриваюсь поглубже: мою учительницу? Такой же внушительный овал лица, обвисшие брыли по обе стороны от подбородка, слегка распухший нос, сдвинутые брови и сто вопросов в глазах, на которые нет ответа.

Мчусь к выходу и слышу, как эта раздражённая дама грохочет мыслями почти на всю вселенную: «Мир погряз в расследовании грязных делишек, и каждый тычет в ближнего своим пальцем, выскребает сучки бревенчатыми руками, мир разобран на цитаты и мыслит рандомно, каждый о своём, о главном. Это в голову не придёт, но это наша земля!»

Как только я сошёл с автобуса, всё стихло. Вздохнул с облегчением. Знакомое до жути лицо у неё. Да, должно быть, где-то пересекались в системе образования. Не понимаю, нужно ли так некультурно громыхать на весь автобус? Думает, не слышно её? В мыслях это также громко! Пустолайки так тявкают, а не женщины в шляпках с вуалью. Да где же я её видел?

Мучился этим вопросом весь оставшийся путь до дома.
И вот прозрение: открываю дверь, и ко мне с повизгиванием вылетает навстречу моя любимая бульдожка! Ах, вот ты кто... Я был крайне удивлён, что в автобусе, оказывается, видел двойника своего питомца.
Радостно воскликнув: «Ах, Белла! Белла, если бы ты знала, кого сегодня встретил!» — сгреб я свою коренастенькую любимку в охапку.

Наобнимавшись со своей толстушкой Беллой, положил ей свежий корм и вдруг слышу: «Спасибо, так проголодалась. Но я такая единственная и неповторимая в целом мире, без двойников. А она никакая не ослица упрямая, это весьма некультурно так думать про своих же двуногих и прямоходящих. Мне кажется, после отдыха у хозяина нестабильная психика стала, пропить успокоительное не помешает...»

Я остолбенел от удивления. Джинсовка с нашивкой старика «Старый Тролль» всё ещё была на мне!
— Я слышу Беллу? Ну, держись, собакена, теперь-то я узнаю, куда ты утащила мою пару от новых мокасин! — и я включил любимую мелодию, пританцовывая.
— Вау! Это сенсация! — вдруг возгласил я, щёлкнув пальцами. — Будет жарко-о-о-о!
Повизгивая, как моя бульдожка, я, наматывая с восторгом круги по комнате, как сумасшедший, в потрясении осознавал, какая открывается мне возможность! Белла недоумённо поглядывала на меня, спрятавшись под стул.

— Значит, так! Завтра же попробую встретиться взглядом со Снежаной. Интересно, что она обо мне думает?! — Меня распирало от счастья! А что, если взаимно?! Мысли заплясали румбу!

Внезапная вспышка радости погасла так же быстро, как и зажглась. "В вопросах любви это не работает", — вспомнил я предупреждение деда-лесника. Вот же ж старый тролль... Мда… Закусив губу, я осекся: ничего не получится тайно узнать у Снежи, как ни крути.
«Бесполезная ты, выходит, штуковина, для главного не предназначена, ни капли в любви не смыслишь, — расстроился я, разговаривая с нашивкой. — Разве есть что-то важнее, чем любовь? Всё остальное — так, беготня... пшик... А ещё «Историческая Весчь» называешься! Ну, тебя...»

Хотел было выбросить эту историческую куда подальше. Зачем она мне, лишённая эмпатии? И потом, парень я хоть и обязательный, но предпочитаю жить налегке, а в чужие мысли вовлекаться — нагрузка ещё та, своих хватает, во! Ещё и аспирантура висит.

Не выбросил. Припрятал до поры до времени. Подумал: уважу старика, раз доверил мне историю. Дед говорил, что через лет так цать ох как пригодится мне этот артефакт. Вот же интрига будет!?

Всё же интересные и загадочные эти старики... Старый Тролль... Чёрная Борода... хм, надо же!

https://litgalaktika.ru/publ/78-1-0-28507
Земля – Созвездие Наугольник. Конкурс в стиле Кено – 4 (Планета_Путешествий)