Сколько верёвочке ни виться, а конец будет.
(Пословица)

Мальчик-калоша, мальчик-Колобок, в определённых кругах рос бестолочью. Разнузданность была не к лицу, но была. Успевал по-всякому, по-разному: то здесь, то там, то хорошо, то плохо. Одним словом, крутился как мог, как уж на сковородке бока выпячивал, безродной отраслью прожигал жизнь отчасти.

«Ремня на него нет!» — кричали дед с бабой, хватаясь за голову. — «От рук отбился, по сусекам пошёл!» А на самом деле он пошёл по амбарам, да всё по чужим. Как пошёл, как пошёл — только его и видели. Как на окошках студился… клубы, бары, рестораны — и как падал вниз со всеми вытекающими в СМИ видели всей деревней.

И вот уже мир полосатый, и не стелят мягко.

А всё из-за корыстолюбия и грубиянства такая участь его постигла. Окружности свои превратил в негодяя, в погоне за большой деньгой напроказил, хлопот деду-бабе доставил с лихвой, потерялся как мог — только его и видели. А видели его на пути и заяц-впросак, и медведь-шатун, и волк-зуб-щёлк, и мышка-норушка из органов дознания, и адвокаты с большой лапой, и прокурор-в укор. Обвинители до последнего мальца стыдили да стыдили: мол, нельзя так, не надо стариков обижать, всю душу тебе отдали, последнее понесли на передачки. А мальчонка-то тот, колоб-Колобок, мальчишечка — верть-круть, так и не вырос в здоровенную булку, укушенным слыл до суда-стыда и стерпел участь. Только его и видели. В наручниках.

Мурзилка под ногтями и фарс позади, безрадостные будни вкупе. А все говорили: какой фартовый! Ан нет, докатился-таки до ручки, одной магаданской двери. И совсем пропал. Грустная сказка.

Вместо эпилога

«Выйди отсюда и пойди! Пойди уж, куда глаза глядят», — ему сказали однажды вслед домашние. А может, и не следовало бы так сгоряча говорить. Таких-то не берут в космонавты, а он так хотел и планы строил, в школе-то умненьким был, соображал лучше других.
Можно было и ползать, конечно, по ягодке жизнь собирать, да не хотелось ему, бесбашенно мыслил, по-крупному.
Подельнице его рыжеволосой Люське-Люсьен всё добро его припрятанное досталось, сухой из воды сама вышла, хитрая девка — давно она себе его крутость схапала-сцапала да и съела всего с потрохами.
Так и прервался путь этого парня, Стёпки-растрёпки… ни то ни сё, как говорится. Не торт, не мякиш, так — Колобок.