Однажды в Ютубе (в те доисторические времена он еще работал!) я наткнулся на ролик какого-то эзотерика, познавшего тайну бытия.

Но, в отличие от своих коллег, он не призывал ни поститься, ни молиться, ни извиваться удавом вокруг самого себя, застывая в немыслимых позах, чтобы слиться со Вселенским Абсолютом.

Его рецепт был прост и доступен: надо лишь освоить улыбку Будды, которая откроет путь любви ко всему живому.
И созерцать окружающий мир, не участвуя в его бессмысленной суете.
Вот тогда состояние нирваны наполнит жизнь светом и счастьем.

А чтобы правильно улыбаться, следует пошевелить ушами. Ну или попытаться сделать это. И постоянно пребывать с такой вот улыбкой на лице.
И наше бытиё расцветет, словно майский лужок после теплого дождя под ласковыми лучами доброго солнца.

Постигший истину убеждал попробовать. Мол, проживите один день с улыбкой Будды!
И вы к вечеру поймете, что эта дорога в один конец. Вы растворитесь в любви и радости.
И, оценивая прожитый день, поставите ему высший балл!

Вообще-то я человек увлекающийся. Но меня трудно в чем-то убедить словами. И, считая эксперимент высшим критерием истины, я решил прожить следующий день, послушно шевеля ушами.
…………………………………

Утром, посмотрев на себя в зеркало, я постарался привести уши в движение. И увидел зазеркального идиота с явными признаками то ли дебилизма, то ли презрительного высокомерия на преобразившемся лице…
Ладно. Раз решил, то надо продолжать.

В тот воскресный день я планировал не спеша забрести в магазин и затариться на неделю.
Что и сделал. Вот только у кассы передо мной стояла очень старенькая бабушка. Она плохо и видела, и слышала, и соображала.
И никак не могла расплатиться, путая сотни рублей с десятками и вообще не совсем понимала, чего от нее хотят.

В другой раз я пожалел бы бабульку и с пониманием посмотрел бы на кассиршу, всем своим видом показывая, что никуда не спешу.
Но тут, пошевелив ушами, ощутил захлестнувшую меня волну раздражения. И Будда настолько преобразил своей улыбкой мою физиономию, что бедная кассирша узрела в ней зашкаливающее недовольство, сарказм и ненависть к мешающей мне ситуации.

Она начала торопить старушку, указывая на образовавшуюся очередь.
Но от этого кошелечек выпал из трясущихся рук, и монетки рассыпались на полу магазина.
Я, борясь с собой, еще больше задвигал ушами, пытаясь войти в обещанное мне равновесие.

Еще вчера я бы первым кинулся собирать бабушкины деньги, но сейчас, помня о пользе недеяния, постарался погрузиться в состояние дзен и переждать усугубившийся казус.
И тут кассирша, взглянув на меня, бросилась сама собирать раскатившиеся рубли и копейки.
И, вернувшись на кассу, поспешила закончить расчет, но… Бабулька заявила, что забыла про сметанку и еле-еле переставляя ноги побрела в молочный отдел.
Кассирша развела руками и беспомощно посмотрела на меня.
И с ужасом отвела взгляд от моей улыбки, в которой, вероятно, узнала не Будду, а самого Вельзевула.

Оставшиеся часы “будднего” воскресенья я провел дома и взаперти.
Эксперимент прерывать было как-то неправильно, а пугать людей ушастой улыбочкой - более чем жестоко.

Ровно в полночь я стер ухмылку с лица и, вспомнив про обещанный высший балл за поведение, поставил себе жирную двойку с не менее отчетливым минусом.
“От улыбки станет веселей!”
Возможно.
Но только не в этот раз.