Когда в середине восьмидесятых мой поэтический приятель впервые привел меня на посиделки с гуманитарной интеллигенцией, то предварительно дал некий инструктаж, который обозначил ментальный дресс-код, необходимый для пребывания в коллективе ярко выраженных интеллектуалов.

Вот некоторые застрявшие в голове тезисы.
Их было больше, но безжалостное время стерло остальные с памяти моей…

1. Впервые попавшему в круг творческой элиты нелишне как бы невзначай намекнуть на свое еврейское происхождение, даже если такового нет.
Пускай только частичное, но все же вполне определенное.

2. Федор Достоевский - писатель большой, да.
Но патриотические попугаи свили гнездо в его голове, что не позволило ему стать по-настоящему гениальным.

3. Такие литературные гиганты как Джойс, Пруст и Кафка - вне обсуждений!
Достаточно время от времени замечать, что я их не просто читал, но постоянно перечитываю.

4. При упоминании “Зеркала” Тарковского надо глубокомысленно кивнуть головой и многозначительно помолчать.
Дабы не подставляться, влезая в калашный ряд со своим поспешным суждением.

5. Из советских известных поэтов можно с уверенностью упоминать тех, кто пострадал от власти и уже мертв.
Во избежание неожиданных ляпов со стороны еще живых, способных опорочить по причине старческого маразма свои прежние вольнолюбивые имена.

6. К русской истории следует относиться как к сборнику дурацких анекдотов, провонявших смрадом нестиранных портянок.
В противовес изяществу европейских летописей, благоухающих нотками волшебных ароматов французского парфюма.

Но я был тогда очень молод и крайне строптив во хмелю!

И застолье закончилось… Нет, не то чтоб скандалом.
Просто высокодуховные персонажи перепились до степени полной невменяемости, и на следующий день никто ничего не помнил.
Так, смутно, через занавеску тумана…

Возможно, мне это и причудилось, а, может, и не совсем.
Но еще долго мерещилось, что я стою среди очкастых филологов и филологинь и ору им из Горбовского:

- Я соседку вытащу на кухню, перережу ей электросвет! Пусть непросвещенная потухнет!

И заканчиваю эпическим финалом:
- Я за бомбу, не за пироги! Что, насторожились, дураки?!

Не уверен, что было именно так. Не исключаю, что я выдал желаемое за действительное.
Но свидетельствую, что тельняшка на моей груди была порвана напрочь...