Погода испортилась окончательно. Метель занавесила окна непроницаемой белизной.
Аэропорт в Амдерме не принимал рейсы и не выпускал их.
И никто не мог сказать толком, когда это безобразие закончится.

Метеослужба уклончиво и неуверенно обещала возможное просветление часов через десять в лучшем случае. А в худшем - никогда... Веселый народ эти синоптики!

Я ждал самолет на Ленинград. Из Диксона мне вылететь повезло, а вот в Амдерме застрял. Север, однако.
Время тянулось не просто медленно. Было такое впечатление, что оно повернуло вспять и потекло в обратную сторону.

Моя командировка закончилась. Мы почти месяц летали над Карским морем, занимаясь радиолокацией ледовых полей, определяя толщину льда и динамику его движения.
Потом информация приобретала вид ледовых карт, которые передавались на ледоколы.

В хорошую погоду наш Ан-24 делал по два маршрута в день. В моем попечении был аппарат "Торос" для радиолокации.
Взлет в Диксоне. Примерно полтора часа до Новой Земли. Разворот. Столько же обратно. Посадка. Дозаправка. И по второму кругу.

Всего 27 рейсов. 96 часов налета. Три рубля за каждый взлет, столько же за посадку. И по пятерке за лётный час. Плюс остаток командировочных.
Рублей 700 выходит. А еще месячная зарплата с северной надбавкой...

Черт! Про подоходный забыл. И про налог за бездетность. Но все равно деньги получаются неплохие. Вернее, очень даже приятные.

Я закрыл глаза и представил себе весенний Ленинград, солнечный майский день.
И себя в лётной кожаной куртке, в модных джинсах, купленных у знакомого кока, ходившего в загранку, пухлый бумажник в кармане и ветер в голове...

И почувствовал прилив радости от неизбежного будущего.
И стало мне хорошо.
....................................................
В конце концов я добрался до Питера.
До своего НИИ, что в Шереметевском дворце на Фонтанке. До отдела Ледовых прогнозов и лаборатории Ледовой разведки.

И услышал от шефа:

- Вот и всё. Отмучились. Это была последняя командировка, Сеня. Теперь ледовая обстановка будет поступать к нам со спутников. А мы станем лишь бумажки перебирать и карты раскрашивать.

Слухи об этом давно ходили. Но мы как-то пытались не воспринимать их слишком всерьез. Отгоняли от себя, полагая, что процесс переустройства займет много лет.
И на тебе!
Сказка закончилась. Наступала новая эпоха. Без романтики дальних странствий, больших денег и кайфа возвращения домой.
А в космонавты переквалифицироваться было, увы, поздновато.

Маленькая трагедия. Жизненный эпизод.
Холодный дождь из, казалось бы, безоблачного неба.