Я сказал мяу, а она перевернулась на бок и спит себе. Не хочу будить. Подожду ещё немного.

Мяу! Мяу! Мяяяууу! – я же есть хочу. Не слышит, что ли. Нет, встала. Фу-ты... побежала в туалет. Жди её. Не могла сначала положить в мисочку. Поскребу коготки пока. Слышал, она говорила соседке, что котики скребут коготками потому что нервничают. Глупость, конечно. Мне когти надо как-то в порядок приводить, сама она на маникюр ходит. Психологов развелось... учат хозяек всякой чепухе.

Наконец... положила. Сидит, зевает. Ага, чувство вины у меня вызвать хочет. Не дождётся. Вообще на самом деле я благодарен ей. Пока на улице жил, ори не ори, никто вкусняшку на блюдечко с голубой каёмочкой не положит. Я красивый, меня другие коты невзлюбили. Ясное дело – зависть. Они невзрачные, а я – хоть на выставку. И они, эти завистники, к себе не подпускали. Но хорошо, я родился «крупнокостный» – так моя теперешняя хозяйка говорит. Да, я и сам вижу. Остальные шмакодявки по сравнению со мной. Поэтому к себе в подвал не пускали, но и задираться со мной боялись.

Потом одна сердобольная забрала к себе. По врачам водила. Обследование полное сделала. Все мои шишки и царапины вылечили. Теперь тепло сплю, вкусно ем.

Сейчас лето, но она двери во двор не открывает. Боится, что я убегу. Надо же такое придумать! Куда я от неё. Из теплого дома, от вкусной еды и ласковой хозяйки. Немного она, конечно, навязчивая со своей любовью, но я и «рыкнуть» могу. Не только «мявкнуть». Но не злоупотребляю.

В общем, жаловаться смысла не вижу. Правда, есть одна закавыка. Они меня по-разному зовут. Хозяйка назвала Семёном. Иногда уважительно – Семён Семёныч. Только привыкать стал, приехали её внуки. Футбольные фанаты. И стали меня называть Диего, в честь Марадоны. Но это бы ладно. Так они по современной моде меня двойным именем кличут: Диего Бисквит. Потому что я сладенький. С этим не поспоришь.

Только стал привыкать, что я Семён, а тут орут: Диего. Я растерялся. Что делать? Решил упроститься. Пусть себе, кто во что горазд. Я только на «кис-кис» иду, если к этому звучит «на» и слышен шорох пакетика с едой.

Ах, да, чуть не забыл. У хозяйки до меня жили две собаки. Это, конечно, напрягало сначала. На улице много всякого от таких натерпелся. Но одна тут не большая, чуть больше меня. Вредная, надо сказать. Явно избалованная. Однако, приняла меня. Обнюхала и успокоилась. Тем более, что ей моя еда нравится. Не успею отвернуться, он тут как тут. И уплетает из моей миски, хотя у неё свои полные. А другая собака... не собака, а собачище. Я от таких на улице держался подальше. Кто знает, что у них на уме. Эта, правда, добрая, по глазам вижу. Слышал, что она как и я, раньше на улице жила. И, видно, от котов ей доставалось. Поэтому тоже с опаской на меня смотрит. Но притираемся и с ней.

Ладно, разговорился... хозяйка бежит с пакетиком, что-то новое купила, пойду попробую. Торопиться надо, пока конкурентка вперёд в мою миску не влезла. Но я прыткий, успею... Пока!