Остросюжетный роман
18+

Глава 1. ПРЕНЕПРИЯТНОЕ ИЗВЕСТИЕ

- А вот тут, - сказала Муррцева, - я нашла очень любопытную блоху.
Все с интересом уставились на ее палец, который ковырялся в боргесе, словно в кофейной гуще. Батька Юхно передернулся и мрачно сказал:
- И не только тут у нас есть блохи. И не только блохи! Но я об этом позже скажу. Продолжаем влетучку!
- А вот тут, - продолжила штатный обозреватель Муррцева, - наш уважаемый фотограф Теодор Баклагин сфотографировал вместо туристов одни, извините меня, задницы, нагруженные поклажей.
- Да это хороший снимок! – взвился со своего места Теодор. _ Да я вам сейчас принесу одну Почти Центральную Газету, там еще и не то печатают! – и он выскочил из рабкоровской.
- И не только он имеет пристрастие к задницам, - мрачно сказал батька. – Впрочем, об этом позже... Продолжаем влетучку!
- А вот тут, - ковыряла пальцем Муррцева, - мы перевернули клише, перепутали фамилию замминистра Жуткова и вместо программы телепередач напечатали таблицу логарифмов.
- И не только здесь мы напортачили, - хмуро прокомментировал шеф. – Впрочем, я об этом еще скажу. У обозревателя всё? Есть желающие высказаться?
Все подавленно молчали.
- Вот так-то, дорогие коллеги, читаете вы собственную газету! Бездельники, дармоеды, сократили рабочий день до обеденного перерыва, да и в перерыв-то в кино бегаете! Газет не читаете!
Тут ворвался Теодор, размахивая Почти Центральной Газетой.
- Вот! - радостно кричал он. – Вот она!
- Кто? – ошеломленно спросил шеф.
- Та самая задница! Видите? Им, значит, можно, а мне нельзя?
- Кстати, о задницах, - угрюмо продолжал шеф. – Все ли участвовали на прошлой неделе в Дне донора?
- Все! – отрапортовала Линда Мак-Карова.
- Вот вам и демократия! Вот вам и сплочение коллектива, хиханьки да хаханьки, вот вам и совместные чаепития с куском черствого торта!
- А в чем дело, шеф? – робко спросил кто-то.
- Я должен сообщить вам, господа, пренеприятнейшее известие, - хмуро сказал шеф. – В нашей коллективной крови обнаружен вирус СПИДа. Вот так-то. Я много раз говорил вам: журналистику надо делать чистыми руками! Моя вина – я не предупредил вас, что чистыми должны быть не только руки, но и… гмм… другие органы мышления.

Глава 2. РАБКОР ТАБУРЕТКИН

Сразу после летучки Линда позвонила Стеночкину и попросила его приехать, чтобы посоветоваться.
Стеночкин, покинувший эту контору с год назад, уже начинал осознавать свою ошибку. До него стало доходить, что здесь, под ненавязчивым присмотром завотделом Мартенина, протекали лучшие годы его жизни.
- Нам может помочь только рабкор Табуреткин, - сказал Стеночкин, выслушав Линду.
Приходится раскрыть страшный секрет газеты «Жареные факты». У нее был только один рабкор – Вася Табуреткин!
Правда, это был уникальный рабкор. Он писал из любого цеха и на любые темы, откликаясь на события как мелкого, так и галактического масштаба. По просьбе редакции он менял псевдонимы, внешность и места работы. Переодевшись в женский наряд, он выезжал на международные соревнования по шахматам под именем судьи всесоюзной категории Васильковой, и привозил в качестве сувениров ручки, значки и блокноты с автографами чемпионов мира.
Настоящего имени этого феномена не знал никто, так как и «Вася Табуреткин» было, разумеется, псевдонимом. Возможно, что и сам Вася уже забыл свое настоящее имя.
- Тебе придется переходить на работу в ЦЛНМК, - сказал ему Стеночкин.
- А что это?
- Центральная лаборатория неразрушающих методов контроля.
- А зачем?
- Прибор надо создать.
- Какой?
- Типа миноискателя. Но маленький. Для поисков вируса. Надо отмыть пятно бесчестия с нашего коллектива.
- Ладно, - крякнул рабкор Табуреткин, - где наша ни пропадала!
Через неделю он стоял перед Линдой и Стеночкиным, вертя в руках небольшие блестящие штуковины.
- Вот, - хрипел он, - прибор такой, спидомер. Чтобы, значить, вирус находить. Как вирус зачует, так, значить, затикает. Вроде будильника, только погромче.
- Как счетчик Гейгера?
- Ага.
- А куда он надевается?
- Пусть она отвернется, я тебе наверчу. Вот так. В аккурат пришлось, как по мерке делал. Ну и она, значить, пускай приспособит…
Выхода не было: Линда поняла, что пришла пора на деле доказать свою любовь к коллективу. Что касается Стеночкина, то он всегда был к этому морально готов. А иногда и физически.

(Продолжение следует)