Год 1985. Москва. Кремль.

Горбачев, только что став Генсеком, сидел у себя в кабинете и думу думал.
Что делать? Кто виноват? С чего начинать?

Вошел с докладом Чебриков Виктор Михайлович, председатель КГБ.

- Михаил Сергеевич, тут такое дело… Нами допрошен мужичок из деревни Гадюкино.
Он утверждает, что в будущем побывал. Его мы, конечно, на психическую вменяемость проверили. Но врачи утверждают, что никаких отклонений. Так вот… Со мной пленка с допросом.
Возможно, вам будет интересно ознакомиться…

Горбачев пожал плечами и, указав на японский двухкассетник, приготовился слушать.

- Граждане начальники, да ничего я не вру! Как на духу говорю: побывал я там! Приехал в райцентр за покупками. Ну и решил маленькую засадить на ход ноги. Направился в лавку, а там переучет!
Настроение рухнуло на самое дно…
Стою и курю, думая, где тут еще можно отовариться. А на заборе сидит ворона и каркает на меня: “Каррр, каррр”.
И я возьми сдуру и передразни ее!
А она мне в ответ хрипловато так:

- Смеёшься надо мной, человече? Так пошлю-ка я тебя ..ээ.. лет на сорок вперед, чтоб ты там часочек побыл и пожалел, что жить в эту пору прекрасную тебе ну никак не придется!

И каркнула она троекратно. И все вокруг меня потухло. А когда вновь просветлело, то очутился я в месте вроде бы и знакомом, но каком-то не таком.
Впрочем, лавку я узнал. С трудом, но тем не менее. И никакого переучета! Ну и зашел я туда…

Граждане начальники! Хотите верьте, хотите нет, но половина тамошнего пространства бутылками заставлено! Да какими!
Водочка всякая разная. И мальки, и ноль-пятки, и “сабонисы”.

И коньячишко, и виски, и ром, и текила какая-то.
Винища - море разливанное! Пива - глаза разбегаются!
Изобилие великое. Рай земной. Души отрада.

Сначала ценники озадачили: самая дешевая водка за 280 продается.
Да я столько и за два месяца не заработаю!
Но потом смекнул, что это у них в копейках цена указана.
А что? Два восемьдесят за полбанки - очень даже подъемно!
И никакой очереди.

Я попытался пару пузырей прикупить, да только деньги у них уже другие. Не прокатило…

И закуска, скажу я вам, там обалденная. Колбаски всякой, сыра, рыбки - завались! Я аж слюнями изошел, пока присматривался… Эх!

Вот ведь народу тамошнему повезло! Даже и пешком за бухлом ходить не надо. Всюду самокаты стоят. Выбирай любой и вперед! И едут, представьте, безо всякого мотора. Культура!
Но одно меня насторожило: люди там на улице сами с собой разговаривают.
Смеются, ругаются, руками размахивают! Словно кто-то рядом с ними идет. Точно долбанутые!
А в остальном хорошо в том будущем. Мечта!

Горбачев дослушал запись и кивком головы отпустил главного гэбиста.
И подумал, что нет ничего удивительного в том, что крыши у потомков поехали.
Еще бы! Если столько алкоголя в свободном доступе.
Немудрено при таком раскладе и прибабахнуться, однако.
Белая горячка гарантирована.

Но… Горбачев взглянул на портрет Ильича и поправил на груди сползающий узел галстука.
Ведь диалектический материализм утверждает, что мы сами кузнецы своего счастья, и будущее зависит только от нас!

Теперь он знал с чего начинать реформы.
Генеральный секретарь КПСС просто обязан спасти свой народ от будущего безумия.

Михаил Сергеевич открыл блокнот и записал:

"План искоренения и профилактики пьянства и алкоголизма.
Пункт первый: …"