Я вежлив – я гость в этом доме.
Сижу и смотрю альбомы
Семейные.
С каждой страницы
Каскадом рушатся лица.

Вот сын на велосипеде.
Вот теща наливку цедит.
Вот дочь примеряет бусы.
Любуйтесь!

Но кто бы кого ни щелкал –
Супругу, сестру или брата, –
Никто позволенья на это
Не спрашивал у аппарата.

Он лица линзами стискивал,
Сжимал их в тончайший жгутик,
И веером вдруг разбрызгивал,
Размазывал по эмульсии!
Он скручивал их спиралью
В тугой темноте кассет…

Но люди не замечали
Его бессильный протест.

Никто не знал, как хотелось
Ему увидеть другое –
Хотя бы чахленький ельник,
Почти занесенный пургою…

Прекрасны дальние страны
С пальмами и слонами,
Но каждый ли может увидеть
То, что совсем рядом с нами:
Горячую жизнь сковородки,
Тихие грезы герани,
Складки на полотенце,
Блик на граненом стакане…

…Он лежал как в забытьи.
Ремешки его качались,
Объектив его печальный
Лиловел, как глаз воловий
С поволокой,

В голубых глубинах
Грустно
Проплывали сквозь туман
Многоярусные люстры –
Как фрегаты марсиан.