Октябрь – а в Лавре розы доцветают –
прямы, стройны, бутончаты, красны.
Набухшая брусчаткой мостовая
каблук низводит боком с крутизны.
Вписав листву торжественным уставом
в дороги свиток, выпрямленный вдаль,
листает осень, мешкая устало,
отпущенный ей годом календарь.
Взгляд в купола, где солнце отдыхает
и полыхает ровно и тепло,
и золото его в листву стекает,
в листву стекает прямо с куполов.
А на Никольском полумрак тенистый –
от памятников мраморных, литых
тропа ведет туда, где мостик низкий,
болотист грунт, покошены кресты.
Пристанище монаха и солдата,
архиерейский двух веков синод –
и время, торопливое когда-то,
замедлится, рванет, совсем замрет.