… а к вечеру дождя уже не стало.
Тюльпаны полыхнули слишком ало
на слишком синем, кажется – крестись –
бездонном небе. Нет, не так. Бездомном.
Дома многоэтажно, многотомно
держали незаконченную высь
случайной чайки в венчике цветочном.
Гудели многострунно, многострочно
Эоловы – не арфы – провода.
И думалось легко и осторожно,
что жить не столько нужно, сколько можно
не лучше и не хуже всех, когда…

Когда б не эти жаркие тюльпаны.
Старательно строительные краны,
как робин гуды стрелы наточив,
давали всем желающим жилища.
«Тюльпаны – только зрелище, не пища», -
бездумно говорилось и почти
привычно, со времен еще Марьванны,
добрейшей ботанички, чьи тюльпаны
всходили средь экзаменов и драк
на школьных грядках. Господи, прости, но…

Но жить хотелось так невыносимо,
не лучше и не хуже.
Просто так.