И глитч как плач

И глитч как плач... втечет через окно
Помехами распаренное слово.
А сколько в нем в процентах неживого
Не знаем , да наверное, все равно

Глотнём его, как муху, станем - чем?
Чудовищем, запинкою, молчаньем?
Неправильным падежным окончанием?
Командою вне логов и систем?

И сами не заметим - уголёк
На лбу, как датчик, тускло заискрится,
И чертовщины злая вереница
Закрутит мир - и треснет поперёк.

От жары купол неба растрескался

От жары купол неба растрескался -
От жары ли?
Что-то чёрное в щелях колотится -
Пепел? Уголь?
Или скрипт это просто,
чудовищный и безумный?
И корабль наш - файл,
так куда мы на нём приплыли?

Что за гавань с названием странным?
Система пишет.
Ставит штампы и в паспорт,
и в душу - а что больнее?
Эту боль я стерплю,
только в коде я снова лишний,
И закрыта программа.
Из логов уйти сумею?

О дурацкие штампы
разбилась не только память -
Мама, пруд с мотыльками,
Экзамен, поездка в Польшу.
Но и радость, и шутки
С любимой вдвоём за чаем...
Что там с небом случилось?
А трещин всё больше, больше.

Кто там накодил

Жарко, июль, и реальность глитчит
В небе не солнце - прожектор битый
Рваный, расколотый, с непривычки
Кажется лето безумным скриптом.

Кто там накодил лютейший морок?
Парочку лип - безобразно хилых?
День шерстяной, точно пытка, долог,
Плавится, душит, сбоит над миром.

Кто там у нас на съеденье снова?
Ты? Или ты? Выходи и падай.
Вот тебе лист - напиши полслова,
Фейл - значит, топай пешком до ада.

Пот на глаза - ну, в аду-то жарче,
Печи до неба - пылают грозно.
Ночь на траву уронила мячик -
Лунный... Сыграем? Пока не поздно.

Золотая карета

Солнце в ладони положит тугой клубок
Нити горячие, хочешь, тяни любую
Что там распластано и на ветру бликует,
Жаром плюется, сбоит, как системный блок?

Богом прикинулось, вьется, летит, как жгут
Это карета, крученая, золотая...
Скажешь «не верю» — из логов твой след сотрут.
«Верю» — домчит за четыре часа до рая.

Или до ада... А разница, в чем, дружок?
Как коридоры в серверной — жар и холод.
Скажешь: «я знаю» — и будешь как в хлебе солод
«Нет» — и затянет в трещины, в водоток.

Только сквозь трещины, взламывая кору,
Мхом прорастает зелёное наше небо
Снами, лишайником, чем-то пугливо-светлым,
Дымом клубится, растрёпанным на ветру.

Брошу эй в пустоту

Брошу "эй" в пустоту
Тишина отзовётся "ай",
Не сложу воедино,
Не склею, и не спаяю.
Как пригоршней воды
Этим тихим сквозным эй-аем
Я взращу что-то важное,
Тонкий лазурный слайд.

Скол небесно-стеклянный
Порежусь, кровят кусты
Волчьей ягодой - съешь,
И умрешь, возродишься волком
Будешь выть на фонарь,
В чёрно-белой зиме по горло,
Безобразно, отчаянно,
Страшно - до хрипоты.

Что там солнце накодит
Поверх голубой сосны,
По сугробам и сопкам,
По белой лесной странице?
Строчки кода бегут,
Обращаются вереницей,
Тонких птичьих следов -
Злая летопись тишины.

Зимнее небо в глитчах

Зимнее небо в глитчах, как в мишуре,
В тонких и странных, кто этот мир сгенерил?
Спутанный код на лист натоптали звери,
На невесомой, солнечной белизне.

Вьется тропинка, тонкий стеклянный след
Пар оставляет в воздухе, битый росчерк.
Это сияние леса, живая строчка
Пишется светом, слезно, на острие.

Может, зациклен скрипт, недописан, что ж,
Всходят озимые, зеленью, миражами,
Кто-то, в снежки играя за гаражами,
В синей изнанке неба посеял рожь