Гектор курит, смотрится в воды Стикса:
«Войнам рады вОроны и цари,
этим всё дозволится и простится».
Но экран смартфона во тьме горит –
новостей эпических вереница,
говорит и показывает Аид.

Троя пала, эллины жгут и грабят,
отвлекаясь только на интервью.
Агамемнон речь в пресс-палатке правит:
«Очень жаль гражданских, но их убьют,
потому что наши герои вправе
вероятность жалоб свести к нулю».

На Олимпе экстренный сбор совбеза,
резолюций огненные хиты:
«Делу мира лютое не полезно».
А над Троей крики и чёрный дым
(и рекламный блок в новостных нарезках).
Гектор ждёт Ахилла: «А вот и ты».

И Ахилл вздыхает, доспех снимает,
говорит: «Я выжил бы, но пята...
Смерть пришла – смеясь, напоказ хромая,
всех сражённых мною пересчитав».

И Харон ворчит: «И богов ломают,
а уж вы им, смертные, не чета».