Денёк сегодня - ветреный вполне –
полдня гонял жестянки из-под пива.
Степановна маячила в окне –
ну, так себе, по правде, перспектива
смотреть во двор и медленно жевать
сухое бесконечное «за что же…».
Но это, к слову, лучше, вашу мать,
чем мать самой Степановны: не может
ни думать, ни гадать. Желта лицом -
помилуй, боже - крестит подоконник,
меня, себя, варёное яйцо:
его бы надо съесть,
а как – не помнит.

И я, подобно дню, в своём уме
глядел в окно напротив, и по слухам
не смог,
не захотел
и не сумел
в безветренном
покаяться старухам.