Привет тебе, чернильная душа
опробованной осенью конторы
старения... Давай-ка не спеша
задёргивать бессолнечные шторы,

прохладу стёкол, тени на окне,
пространство, а затем порядка ради
проверим, что особенное мне
записывать в амбарные тетради

с необщим выражением лица.
Поможет в этом мысленная ретушь;
нелепо, право слово, восклицать
затворнику: «Карету мне, карету!»

Начну, пожалуй, я издалека:
желтеющие листья схожи с прахом,
скудеет милосердная рука
дающего лекарство против страха...